– Лара просила передать тебе свою благодарность, – без предисловий сообщил Александр. – Сама знаешь, за что.
– Благодарность причитается Вернону, – устало сказала Таисса. – Он дал мне отмычку.
– И уже получил свою амнистию. Наша новая головная боль номер один. – Александр вздохнул. – Я должен извиниться перед тобой, Таисса.
Брови Таиссы взлетели вверх.
– Боюсь, – медленно сказала она, – что, если я спрошу тебя, за что, и ты начнёшь зачитывать список, мы будем сидеть тут часа три.
– Три – хорошее число.
Таисса помолчала.
– А. Речь идёт о моих будущих детях.
– Нам было бы трудно избежать этой темы в наших последующих беседах, – согласился Александр. – Кстати, мне не хватало их в последнее время.
– Это в какое? Когда ты планировал убить моего отца или мою мать?
– Я остаюсь безжалостным интриганом, ведущим Светлых к великой цели, – снова согласился Александр. – И продолжающим любить тебя.
– Странной любовью. Ты так стремишься стать прадедушкой?
– Ни малейшего желания, девочка. Но для меня нет ничего ценнее результата, а ребёнок сильнейшей Тёмной и сильнейшего Светлого будет гигантским шагом к этому результату.
Таисса вздрогнула:
– Вы…
– Можем даже не ждать, пока ты станешь Светлой, если ты ещё не догадалась. Сделать младенца Светлым будет проще простого. Раз уж ты всё равно подписала согласие, к чему тянуть?
– То есть теперь ты будешь уговаривать меня сделать дедушке подарок, – язвительно сказала Таисса. – Может, тебя всё-таки устроят шерстяные носки?
– Дедушка бы давно получил все премии мира и все богатства континентов, если бы захотел. Но мне нужно вовсе не это, Таисса. Мне нужен новый мир. Другая галактика. Корабли Светлых, летящие к звёздам, и сила, зажигающая сверхновые.
Она слышала что-то новое в сухом голосе Александра. Затаённый огонь. Надежду.
– Мы много говорили об этом с Ларой. О моих мечтах, о её собственных надеждах. Она не верила в меня сначала, ведь их с Диром было лишь двое. Где был мир, полный Светлых, планета, которую я обещал?
Он помолчал.
– Но я не обманул её. Со смертного одра или из инвалидной коляски, но я покажу вам это будущее. Ей и тебе. Потому что с вас всё и начнётся.
– Лара послушалась тебя, – негромко сказала Таисса. – Стала донором. Она была совсем девочкой, правда?
– Правда. И то, что дали нам её дети… о, если бы ты только знала! Если бы…
Александр вдруг засмеялся так ясно и искренне, словно ему было не больше двадцати лет.
– Хотел бы я узнать, что Элен сказала бы о дивном новом мире. Он совсем близко, девочка, куда ближе, чем ты думаешь. Это дверь, приоткрытая дверь, и ты можешь толкнуть её рукой.
– Я и ногой могу толкнуть, – предупредила Таисса. – И разбить по пути все реактивы.
Александр вздохнул:
– Дурацкие права личности, да? Я планировал провести через Совет пару предложений, которые наступили бы этим правам на горло, но теперь, после того как вы с Эйвеном на пару неудачно раскрыли мои интриги, увы, мне не скоро удастся это сделать.
– Я рада.
– Да уж я думаю. Я бы так расстарался лишь ради одного-единственного персонажа, и мы оба его отлично знаем.
Дир. Её куратор. Упрямый Светлый, который никак не желал вносить свой генетический вклад в общее дело.
– Таисса, Таисса. – Её дед снова вздохнул. – Если бы я сказал тебе, что нашёл способ, чтобы у человеческих женщин рождались Тёмные, ты бы помогла мне? Чтобы новое поколение Тёмных обрело силы, сравнимые со способностями твоего друга Вернона, только им не было бы предназначено умирать так скоро? Чтобы вы получили свою страну, дом, планету?
– Да, – не колеблясь, сказала Таисса.
– Так почему ты упираешься сейчас, глупая девочка? – мягко спросил Александр. – Мы различаемся только знаком. Дай мне возможность победить, и когда-нибудь вы тоже сможете править звёздами. Твой отец бы согласился со мной.