Тёмный отряхнул руки.
– Итак, – сказал он, изящным движением вернув в ножны катану. – Мой приз, как я полагаю, может идти?
Все Тёмные посмотрели на вожака. Тот осклабился.
– Ты хоть знаешь, дурачок, на кого она работает?
Тёмный поднял бровь.
– Да-да? Неужели на Светлых? Ах, какой кошмар!
– Что, не веришь?
Молодой Тёмный беззаботно пожал плечами.
– За то, что вы убили моих друзей, я вас ненавижу, – сообщил он. – Но то, что вы делаете, я собираюсь продолжить. Нам не нужны господа полномочные инспекторы; не нужны и те твари, что выдают предупреждения за неправильный переход улицы. Но я собираюсь собрать Тёмных под своим знаменем. Не под вашим.
– В чём разница-то? – ухмыляясь, сказал вожак. – Ты бьёшь Светлых, и мы бьём Светлых. Ты хочешь собрать наших в кулак – и мы хотим того же.
– Но я не собираюсь терять союзников, – возразил Тёмный. – Мы не одни против всего мира. Есть Тёмные, которые совершенно не жаждут новой войны. Есть проект «Лекс», созданный отцом Таиссы Пирс, – и вряд ли бывшие Тёмные легко воспримут её гибель от вашей руки, если только вы не собираетесь поубивать их тоже. Наконец, есть Светлые, склонные к милосердию и компромиссу. Я буду работать с ними всеми, и я хочу, чтобы они, – не оборачиваясь, он безошибочно указал на Таиссу и Павла, – передали это дальше. Есть вы, а есть я. И мне не нужны лишние трупы.
– Может, ты нам всем ещё и представишься? – поинтересовался вожак.
Тёмный фыркнул:
– Не надейтесь. Мало мне было неприятностей со Светлыми.
Он скрестил руки на груди:
– Я жду, господа. Или вы уводите меня отсюда, оставляя этих двоих в покое, или даёте им убраться восвояси. Третьего не дано.
Глава 4
В комнате воцарилась тишина. Её нарушало лишь хриплое, резкое дыхание Павла, который больше не стонал, но лежал, едва сохраняя остатки сознания, в забытьи. Его зубы были оскалены, глаза закатились, изо рта капала слюна. Сердце Таиссы замерло. Если помощь не успеет…
Наконец вожак едва заметно кивнул кому-то из своих соратников. Резкое ощущение опасности пронзило Таиссу – и она откатилась под защиту столика как раз в ту секунду, как очередь из-за барной стойки прошила тот участок пола, где были её ноги мгновение назад.
Это конец. Вожак даже не думал исполнять данное слово. Вместо этого он собирался её убить или похитить, а у Таиссы не было сил ни взлететь, ни бежать: удар по голове чуть не расколол ей череп, она едва соображала.
Из последних сил Таисса отползла ещё немного, закрывая собой Павла, потерявшего наконец сознание. Если он умрёт, виноватой в его гибели будет она, и эта мысль грызла её сильнее всего.
– Пожалуй, мы их всё-таки не отпустим, – раздумчиво произнёс вожак. Он снова глянул на линк: – Но не беспокойся, если тебя волнует девчонка, поступил приказ взять её с собой. А второму хватит и росчерка на сонной артерии.
– Чего-то в этом роде я и ожидал, – задумчиво произнёс Тёмный. – Пожалуй, пора разобраться с вами по-настоящему.
Вожак отрывисто рассмеялся.
– В одиночку против семерых? Собирайся с нами по-хорошему, парень. Иначе ты всё равно предстанешь перед Майлзом Лютером, но целых пальцев у тебя будет меньше, чем Светлых в этом баре.
Тёмный задрал голову, будто прислушиваясь к чему-то.
– То есть… один?
В следующее мгновение потолок взорвался. Что-то светлое мелькнуло перед глазами Таиссы, и, остолбенев, она поняла, что видит плащ члена Совета.
Немного же это ему поможет. Как бы ни был силён этот Светлый, он не выдержит натиска семерых. Вдвоём с Тёмным они, может быть, и продержались бы, но, скорее всего, Светлый, не разбираясь, первым же ударом отправит Тёмного в нокаут – или, наоборот, Тёмный решит помочь этим семерым против общего врага.
Но Таисса ошибалась. Светлый двигался почти с запредельной скоростью. Не было ни хитро рассчитанных ударов, повергающих противника на пол, ни фееричных схваток, ни поражающих изяществом выпадов. Было лишь простое превосходство грубой силы. Этот Светлый прекрасно владел прагматизмом Тёмного: когда речь идёт о твоей жизни, не разменивайся на эффектность, не думай о милосердии – убивай.