– Момент первый, – снова нарушил молчание Вернон. – Связь со Светлыми невозможна. То есть, конечно, кто-то из людей моего отца может сойти с ума и позвонить господину полномочному инспектору с радостным «Мы здесь!» и прожить после этого минуты три, поскольку все сообщения мониторятся. Но, кроме них, выдать наше местонахождение Светлым некому. Мой отец не идиот, я тоже, а у заложников вроде тебя нет связи. Если бы ты, к примеру, захотела сообщить куратору, что ты здесь, тебе пришлось бы просить линк у моего отца. Мне-то он бы не отказал, а у тебя бы возникли проблемы.
Его линк снова красовался на запястье, заметила Таисса. Но плечо было перевязано, а рядом к подоконнику была прислонена лёгкая бамбуковая трость.
Вернон перехватил её взгляд.
– Дуэль, – спокойно сказал он. – Тренировочный бой. Нам с отцом о многом надо было поговорить, и фехтовальный зал меня вполне устроил. Надо сказать, я здорово рассёк отцу предплечье: рука у него болит до сих пор. Совершенно случайно, конечно.
Он кашлянул:
– Так вот, о связи со Светлыми. Я сделал всё, чтобы нас не нашли, очевидно. Но твой куратор – парень изобретательный, и искать тебя не перестанет. Риск невелик, но есть шанс, что Светлые всё-таки вмешаются в мои планы.
Таисса не знала, было ли её молчание презрительным или усталым. Она просто следила за последним солнечным лучом, вот-вот готовым исчезнуть, и ждала, пока Вернон уйдёт.
О ночи, которая наступит вслед за этим вечером, она думать не хотела.
– Гарантий не существует, – помолчав ещё, сказал Вернон. – Твой отец может наплевать на строгий запрет, подвергнуть риску твою жизнь и жизнь твоей матери и привести с собой армию. Да, это невозможно, да, Эйвену на полпути поставят глушитель, который он не снимет, если хочет тебя увидеть, и да, координаты замка он никому не передаст. Да. Это так.
Лютер был умён. Проклятье.
– Но опыт показывает, что ничего невозможного не бывает, как хорошего, так и плохого, – невозмутимо продолжил Вернон. – Как ты совсем недавно убедилась и сама.
Её передёрнуло от этих слов. Таисса хотела молчать, она очень хотела молчать, но тут просто не выдержала.
Она повернула голову к юноше, поцеловавшему её две жизни назад. Темноволосому, привлекательному, с высокими скулами, задумчивыми серыми глазами и совершенно спокойным взглядом.
Как она хотела увидеть его лицо всего несколько дней назад! Как у неё билось сердце, когда он скинул маску…
Лучше бы ей было не встречать его никогда. Лучше бы Дир поймал его вместе с друзьями в самый первый раз. Лучше бы этот беспомощный мальчишка со сломанной ногой навсегда остался в силовом коконе. Лучше бы…
Он предлагал ей развернуться и улететь. Тогда, под замковой стеной. Что бы он сделал, если бы она внезапно согласилась? Вколол бы ей барбитураты прямо там, на голом камне?
– Ты понимаешь, что я тебя убью, – бесстрастно сказала она. – Так или иначе.
– Разумеется, – легко сказал он, кивнув ей так небрежно, словно они разговаривали о погоде. – Но вернёмся к нашему ближайшему будущему, если ты не возражаешь. В принципе, если вспомнить древний закон о том, что всё, что может пойти неправильно, пойдёт неправильно, я почти убеждён, что нам гарантирована бойня. В лучшем случае мой отец убьёт твоего, или, если ты хочешь помечтать, произойдёт ровно наоборот, и на этом всё закончится. В худшем случае бывшие Тёмные оставят от этого замка одни руины, спасая тебя и твою семью. Безуспешно, скорее всего, но тем не менее.
Он поднялся с подоконника и, чуть хромая, подошёл к кровати.
– Когда-то моя няня сделала мне это покрывало, – негромко заметил он. – С тех пор как она положила его сюда, на этой кровати мне никогда не снились кошмары.
Чуть помедлив, он сел в изножье, едва не задев щиколотки Таиссы.
– Кстати, – добавил он, – это она удалила твой трекер. Фантастическая женщина. Когда будет возможность, я расскажу тебе о ней побольше.
Таисса закрыла глаза.