– Ты как-то не очень жаждешь меня допросить, – выдавила Таисса. Боль стала слабее, едва она поняла, что немедленный приказ говорить потерял свою срочность.
– А зачем? – холодно улыбнулась ей Лара. – Александр принял решение. Ты можешь молоть любой вздор: это уже ничего не изменит. Что бы ты ни скрывала, чем это поможет против тротилового эквивалента в тысячи тонн?
Таисса резко села.
В углу часовни совещались несколько мужчин; их ауры жгли даже отсюда. Светлый затылок Дира был среди них.
– Ладно, насчёт вздора я соврала, – лениво сказала Лара. – Я просто не стала давить сразу, чтобы твой сердечный ритм пришёл в норму. Дыши, дура. Я буду задавать тебе вопросы, а ты будешь кивать или качать головой – или отвечать мне словами. И если мне покажется, что ты киваешь недостаточно усердно, я сделаю всё, чтобы зарубить план Дира. Никакого усыпляющего газа. Никакого снятия поля. Взрыв, контрольный взрыв, – и после этого ни один труп внутри не будет волновать, как мы будем избавляться от силового барьера. Это понятно?
Таисса судорожно кивнула.
– Ты знаешь, где пульт управления полем?
Таисса кивнула ещё раз.
– Говори.
– Спальня Майлза Лютера, – без колебаний произнесла Таисса. – Золотая декоративная рамка под потолком.
Лара поманила к себе высокого худощавого Светлого и вполголоса отдала указания.
Потом она снова повернулась к Таиссе.
– В зале засада? Твой отец готовит самоподрыв поля? Любую другую ловушку?
– Нет.
– Ты тянула время, чтобы дать своему отцу подготовиться?
– Да.
– Ты знаешь, что он задумал?
– Нет.
– В замке есть какие-либо укрытия?
Таисса закрыла глаза.
– Есть, – уверенно сказала Лара. – Ты знаешь, где?
Дышать внезапно стало труднее.
– Пожалуйста, – прошептала Таисса, – Мне больно. Я не знаю, возможно, там уже никого нет.
– Куда же они делись? – усмехнулась Лара. – Разве что утонули? Говори.
– Да. – Таисса на миг прикрыла глаза. – Я знаю где. Но главный зал куда важнее. Я должна им помочь.
– Ты веришь в то, что говоришь, – с лёгким удивлением сказала Лара. – Хорошо, будем считать, что главная угроза и впрямь там. Покажешь эти убежища. Сколько их?
– Одно.
– Они могут покинуть его так, чтобы мы не заметили? Оттуда есть другие выходы? Тайный ход?
«Если мы попадём туда, то уже не выберемся».
– Нет.
– Уверена?
– Да.
– Ещё одна ловушка для Тёмных, – подытожила Лара. – Наш второй приоритет. Хорошо.
Лара небрежно повертела свой линк на запястье, но цепкий взгляд не отрывался от экрана. Полно, да сама ли Лара задаёт эти вопросы? Или послушно повторяет слова Александра?
– Последнее. Что ты скрыла от Дира? Ты ведь скрыла что-то?
– Да.
– Скажи что, и мы закончим на этом. – Лара очаровательно улыбнулась. – Будь хорошей девочкой.
– Я многое от него скрыла, – бесстрастно произнесла Таисса.
– Твоё многое мне сейчас не нужно. Что ты скрыла о Тёмных, находящихся в зале?
Таисса чуть не расхохоталась. О Тёмных, находящихся в зале! В зале, в котором больше не было ни одного Тёмного!
По её венам расходилось облегчение. Лара спасла ей жизнь этим вопросом.
Но она не должна была об этом догадаться. Таисса стиснула зубы. Ей нужно было что-то отдать взамен. Что-то очень серьёзное. Что-то, что обязано было быть правдой, – дело было только за формулировками.
Она больше не задумывалась.
– Ничего, – честно сказала она. – Просто весь замок обсуждает, что, пока я была без сознания, Вернон воспользовался моим состоянием в самом гнусном смысле этого слова. Не говори Диру, пожалуйста. Он не должен знать.
Лара не сдержала изумлённого вздоха. Очень тихого.
А потом сжала её руку.
– Какого чёрта ты молчала, дура? – вполголоса сказала она. – Попросила бы поговорить с другой женщиной-Светлой, наконец, сказала бы мне! Сразу! Призналась бы, что больше ты не знаешь ничего. Почему ты терпела допрос, идиотка, ты могла умереть!