– Александр, разумеется, в восторге от твоей маленькой речи, – сухо сказала она. – Надеюсь, теперь ты наконец заткнёшься. Дир, у тебя пропущенный вызов.
– От Александра?
– Свяжись с ним немедленно.
Не говоря ни слова, Дир направил руку с линком вниз, и мгновение спустя на полу часовни выросла голограмма Александра в кресле.
– Поговорили – и хватит, – сухо сказал он. – Пройдитесь по замку дронами ещё раз и доставляйте оба термобарических заряда к силовому полю. Взрывы с интервалом в двадцать минут. Безопасное расстояние не понадобится, но обеспечьте его в любом случае. Наши люди не должны пострадать.
Сердце Таиссы в ужасе остановилось. Нет! Её мать…
И её отец, который нужен был её деду. Она должна была напомнить о нём. Напомнить, словно он ещё находится под куполом поля.
– Это же смерть! Никакие импланты не выдержат двух взрывов такой силы!
– Твой отец сам сюда отправился, девочка.
– У него есть союзники! Ты забыл, сколько бывших Тёмных приняли импланты?
– Куда больше, чем мне хотелось бы, – кивнул её дед. – Но мы развернули их так называемую помощь на подлёте и вполне однозначно предупредили, что если мы поймаем их на вмешательстве, то это будет объявлением войны. И наши ракеты это подтвердят.
Дир выступил вперёд.
– Моя рекомендация остаётся прежней, – негромко сказал он. – Усыпляющий газ. Особенно теперь, когда… – Он поднял руку с линком к уху, выслушивая что-то. – Да. Хорошо. Возвращайтесь.
И снова повернулся к Александру:
– Нашли линк Майлза Лютера. Силовое поле будет снято, едва подействует газ. Женщины выживут, Тёмные потеряют сознание.
– И ты будешь перерезать горла беспомощным мальчишкам, Дир? – усмехнулся Александр. – Смотреть, как они хрипят и умирают, не просыпаясь? Будешь считать их одного за другим, делать снимки, а потом отчитываться о проделанной работе?
На лице Дира не дрогнул ни один мускул.
– Или умру.
– Умрёшь, – согласился Александр. – Удивительный случай: твоя этика вошла в противоречие с приказом. Чуть ли не впервые в твоей жизни, правда? Нет, воля Совета имеет для тебя значение, ты действительно наш, Светлый до конца, и ты готов действовать. Но ты всё ещё сопротивляешься. Где мы ошиблись?
– В том месте, о котором сказала Таисса, – по-прежнему негромко сказал Дир. – Мы не сочувствовали и не сопереживали каждому из этих детей. Мы сделали недостаточно. Вы не задумывались о том, что сейчас ещё не поздно?
– Нет, но ты задумывайся себе, сынок, – спокойно сказал Александр. – Лара, а ты что думаешь?
Таисса на миг закрыла глаза. С той точки зрения, где каждая жизнь и каждая душа была бесценна, они с Диром были правы. Но ледяной прагматизм Александра имел под собой куда более основательную базу. И он тоже был прав.
– Этика задаётся воспитанием так же, как и генами, а воспитание у нас было разное, – коротко сказала Лара. – О чём тут говорить? Я, в отличие от Дира, не проводила ночей с Тёмной за поучительными беседами.
– То есть ты, – подытожил её дед, – выступаешь за то, чтобы уничтожить их огнём.
– И немедленно.
Александр перевёл взгляд на Дира:
– Начинайте штурм. Вариант «ноль».
– Я отказываюсь это делать, пока вы не подтвердите это приказом Совета с учётом новых данных, – очень спокойно сказал Дир. – Вы обвинены в несанкционированных внушениях, попытке уничтожить пассажирский лайнер, а также в других многочисленных преступлениях, включая атаки на Таиссу и её семью. Эти данные косвенно подкреплены вашей генной картой, оригинал которой так вовремя затерялся в архивах. Картой, недвусмысленно указывающей на родство с Эйвеном и Таиссой Пирс.
– Ты заказал экспресс-анализ по образцам из больницы? – Её дед поднял брови. – Признаться, я впечатлён.
Он задумчиво перебрал пальцами на животе. И покачал головой:
– Но, пока Совет не отозвал мои полномочия, ничьих указаний, кроме моих, ты получать не будешь. Елена и Ник назначили меня, и я отвечаю за эту силовую операцию, этот план штурма и этот выбор. Твоё право вето сегодня не действует. И ты знаешь, что будет с тобой, если ты откажешься выполнять приказ.