— Мне и сейчас не очень приятно. — Я передернула плечами. — А почему этот твой Бернар, как я понимаю, скульптор, решил изобразить Маркеса похожим именно на папашу Пешо?
— Моя королева не захотела скоротать вечерок в обществе папаши Пешо. А за стаканчиком старик обязательно поведал бы, что в его жилах течет благородная кровь Маркесов и, — Леон усмехнулся и подмигнул мне, — Медичи.
— Серьезно?
— Исключительно. При помощи уже упомянутого Нострадамуса Екатерина Медичи вызвала дух первого владельца Шенонсо и была настолько очарована им, что в результате на свет появилась бабушка папаши Пешо.
— Глупость какая! — фыркнула я.
— По другой версии — дедушка… — Леон обнял меня и таинственно заглянул в глаза.
Представляете, семь утра, в старинных замшелых стенах среди ящиков в кресле восседает восковой папаша Пешо в плаще и в кольчуге, все это освещено тусклой электрической лампочкой, а двое искателей сокровищ целуются, позабыв обо всем на свете.
Глава 26, в которой высокие ступени круто вели вниз
Высокие ступени под барельефом конного рыцаря круто вели вниз, заворачиваясь в темноту.
— Спускаемся. — Леон включил фонарь и протянул мне руку. — Осторожнее, Катрин.
Я сделал шаг, неожиданно лестница отозвалась под ногой металлическим звуком.
— Она железная? Как же мы будем копать под пятой ступенькой? Или тайник в стене?
— Моя королева опять торопится. — Леон словно невзначай поцеловал мою руку. — Ты забыла про “кромку воды”. Мы ведь сейчас на уровне второго этажа, а “кромка воды” может быть только в глубине подвала. Эта лестница устроена в толще стены, когда-то ступени были деревянными, а позднее их заменили этими, кованными. Смотри, какие красивые.
Леон осветил лестницу. Как же я сразу не заметила ее ажурный узор, сквозь который при желании можно разглядеть ступени нижнего уровня! Честно говоря, я умерла бы со страху, если бы одна спускалась по этой лестнице: огромные грубо отесанные камни стены словно сжимали пространство, а сквозные резные ступени, повторявшие гулким эхом каждый шаг, с трудом сдерживали эти каменные потуги. Но сейчас рядом был Леон, заботливо освещавший нам путь фонарем.
Наконец я почувствовала под ногами ровные плиты. Леон скользнул лучом фонаря по стене, нашел выключатель, и подслеповатая лампочка осветила подземелье. Это было точно такое же по размерам помещение, как и то, на втором этаже, но совершенно пустое и без единого окна, а примерно в центре — примитивная закругленная решетчатая чугунная ограда.
— Колодец! — обрадовалась я. — “Кромка воды”!
— Именно так. — И для убедительности он поцеловал меня.
Мы подошли к ограде, но никакого колодца я не увидела, а снова — лишь ступени, винтовой лестницей ведущие вниз.
— Их не пять, а намного больше. — Я даже расстроилась и подумала, что все-таки глупо искать сокровища, руководствуясь идиотскими виршами. — И потом, где же “вассала следы”?
— Присмотрись получше. — Луч фонарика осветил ступени.
Я достала из кармана очки и только тогда на первых четырех ступеньках разглядела отпечатки конских подков.
— Интересно, как здесь мог оказаться всадник на коне? Как он спускался по лестнице в колодец? Или он побывал здесь до того, как твой Маркес построил себе башню над колодцем?
— Вот именно, Катрин. Я тоже, когда впервые увидел эти отпечатки подков, подумал: это же невероятно, подковы не могут отпечататься на камне, разве только тысячи коней поставят свои копыта след в след. “Отпечатки” были зачем-то высечены на ступенях. И, лишь прочитав сегодня утром твой тестамент, я понял, что они и есть “вассала следы”.
— Но ведь ступеней больше и никакой “кромки воды”…
— Мы не знаем, как это выглядело тысячу лет назад, может, вода и доходила до пятой ступеньки… Посвети мне. — Леон протянул фонарь и стал осторожно спускаться вниз.
Я хотела шагнуть за ним, но он не разрешил, сказав, что ступени скользкие, а винтовая лестница действительно уходит в глубокий колодец, очень ценный для замка на случай осады.
— И я не видел подлинника, — продолжил Леон, — может быть, нотариус перевел “пять ступеней”, а нужно “пятая ступень”. Но сейчас это уже неважно, моя королева. — Он с улыбкой посмотрел на меня снизу вверх. — Мы здесь, пятая ступень на месте, следы тоже. Где тайник, узнаем по звуку.
И Леон принялся простукивать ступени. Я смотрела на его склоненную голову, на темные волосы, по-мальчишечьи закручивающиеся на шее, и меня заливала невероятная нежность к этому большому, умному, но по-детски трогательно-непосредственному человеку. Который к тому же меня любит. Я улыбнулась своим мыслям: в юности влюблялась я, а мужчины терпели мои чувства. А сейчас мужчина любит меня, сорокалетнюю училку по прозвищу Дракон, и ради меня в старом замке ищет мое — ха-ха! — наследство… Я сплю или сошла с ума?..