Нелепость собственных слов потрясла ее в проблеске здравомыслия, но слишком поздно. Люк сделал выпад в ее сторону и одним невероятно быстрым движением схватил ее руки так сильно, что она вскрикнула. Он поднял ее, оторвав от пола, удерживая столь же беспомощной, словно новорожденного котенка, в то время как его глаза впились в ее.
Его дыхание было затрудненным, а лицо искажено таким выражение холодной свирепости, что Джой почти закрыла глаза, чтобы не видеть этого.
– Я предупреждаю тебя, Джоэль. Остановись, прямо сейчас. Съешь свой завтрак, возвращайся в город и забудь, что слышала мое имя.
Дрожь в его голосе была дрожью подавляемой ярости, и Джой инстинктивно знала, что он был в одном шаге от полной потери контроля.
Но этого было недостаточно, чтобы напугать ее.
– Нет.
Она вздрогнула, когда его пальцы сжались, но выдержала его взгляд, несмотря на то, что часть ее вопила, чтобы бежать отсюда и как можно дальше.
– Я пришла сюда за помощью, которую ты обещал мне. Ты должен мне помочь. Будь ты проклят, ты должен. – Она цеплялась за единственную цель, которая никогда не менялась, отметая все мысленные размышления и отчаянные вопросы.
На мгновение она подумала, что он мог бы взять себя в руки, спокойно опустить ее вниз и согласиться сделать то, что обещал. Он закрыл глаза, и исчезновение его пугающего взгляда было облегчением. Это продлилось всего несколько кратких мгновений.
– Джоэль, ты не понимаешь. Ты не знаешь, в какую игру играешь, – слова были произнесены ровным, холодным тоном. – Если ты подтолкнешь меня слишком далеко, то будешь сожалеть, что вообще уехала из Сан–Франциско. И никогда не сможешь вернуться.
Прежде, чем она успела осознать его пугающие слова, он прижал ее к своему твердому телу и накрыл ее рот своим. Борьба с ним походила на попытку остановить лесной пожар садовым шлангом. Не было никакого следа мягкости в его поцелуе, он причинял боль, так как с силой проталкивал свой язык между ее губами. Она ничего не могла сделать, и когда это закончилось, он отпустил ее настолько внезапно, что она покачнулась.
Джой ухватилась за спинку стула и выпрямилась, он стоял перед ней, застывший, нераскаявшийся и неумолимый. Она почувствовала горький вкус крови во рту и языком нашла то место, где он задел ее своими зубами. Она отшатнулась, не замечая твердый край стула, упершийся ей в спину.
Люк выглядел дико. Его глаза сверкали, зубы были обнажены. Джой все еще была безмолвна, пока он явственно пытался вернуть самообладание. Джой боролась за собственную выдержку, и первый порыв тревоги и страха, вызванного его нападением, спал под весом вернувшегося гнева.
Скривив губы в вызове, Джой выпрямилась, чтобы посмотреть на него с чем–то, похожим на презрение.
– Твои угрозы и грубое поведение не подействуют на меня, Люк. Не беспокойся, я не собираюсь навязываться тебе ни минутой больше, – она развернулась на пятках и оставила Люка стоять на месте, сердито прошагав в главную комнату. Она схватила волосы и, пока шла к двери, завязала их в свободный узел на затылке шнурком, извлеченным из кармана.
Люк уже блокировал ей выход. Джой резко остановилась, чтобы не врезаться в него, пряча свою реакцию под маской холодной враждебности.
– Ты хотел, чтобы я ушла, если ты любезно отступишь, я так и сделаю.
Его глаза были все еще дикими, а тело – угрожающе напряженным.
– Забудь, что ты когда–либо встречала меня, Джой. Вернись туда, откуда пришла, оставь эти поиски и уезжай в свой город. И никогда не возвращайся.
– О, нет, – резкость тона Джой соответствовала его свирепости. – Ни за что на свете. У меня была причина приехать сюда, и я не вернусь домой, пока не сделаю то, что собиралась, – напрягшись в ожидании его реакции, она шагнула вперед, пока ее грудь почти не коснулась его. – С твоей помощью или без, я собираюсь найти своих родителей. Если я не смогу найти гида, то буду действовать сама. И ни ты, ни кто–либо еще не остановит меня.
На сей раз она была практически готова к его ответу, но даже и сейчас это был шок, когда стальная сила его рук обхватила ее плечи и прижала спиной к ближайшей стене, накрывая всем телом. Резкие линии его лица были тверды, янтарно–зеленый жар глаз сверкал безумием.
– Нет, ты не сделаешь этого, – его слова скрежетали, горячее дыхание касалось её лба. – Ты не будешь искать гида и подниматься в горы. Ты не будешь убивать себя на моей территории, – он вдавил её в стену так, что каждый дюйм их тел соприкоснулся. Джой дрожала от гнева, страха и сильного желания.
– Почему ты беспокоишься, Люк? – насмешливо обратилась она к нему. – Ты уже имел возможность получить то, что хотел, но не взял это. С чего вдруг ты стал таким заботливым?