Выйдя из дворца, Мелисса села в одну из карет, зная, что Луи поедет в другой. Вместе с Мелиссой поехал Кальвин Клемент; старая княгиня и Алексей Вернов должны были ехать вместе с князем. Такова традиция — молодожены едут в церковь отдельно, а возвращаются вместе и уже не расстаются до конца жизни. Хорошая традиция, подумала Мелисса, жаль, что ко мне она не имеет никакого отношения. И она, и Луи отлично понимают, что проведут следующие несколько лет, в лучшем случае, вежливо здороваясь, и каждый из них будет с нетерпением ждать момента, когда можно будет развестись, не нарушая приличий.
Приличия! Мелисса снова вспомнила, где князь провел эту ночь. Его автомобиль знают многие жители города, не говоря уже о придворных и охране, так что его поездки скорее всего нельзя будет долго держать в секрете. Поползут слухи, и она станет посмешищем для всей Мотавии. Мелисса почувствовала, что ее снова охватывает гнев, но тут подали команду, кучера хлопнули кнутами, и шесть белоснежных лошадей пошли широкой рысью. Карета, мягко качаясь на рессорах, повезла ее навстречу будущему.
Толпа, которая полностью занимала огромную соборную площадь и все прилегающие улицы, расступилась под натиском полицейских, и кортеж беспрепятственно подъехал к собору. Мелисса, сопровождаемая Кальвином Клементом, вошла в здание. Ей было не до красот архитектуры этого древнего сооружения — больше всего она боялась, что грохнется в обморок. Она медленно шла по проходу к алтарю, рядом с которым ее уже ждал князь. Лучи яркого солнца, пробиваясь сквозь витражи, причудливо освещали ее. Великий Боже, подумал невольно князь, как она красива. Конечно, каждую невесту красит свадебное платье, но ему казалось, что к нему приближается совершенно другая женщина, чем та, которую он знал.
Она подошла и встала рядом. Если священник и волновался, то сумел это скрыть. Церемония шла заведенным порядком, вспыхивали блицы фотоаппаратов, в соборе стоял приглушенный ропот собравшихся гостей. Наконец, все было кончено. Луи стал мужем Мелиссы, а она — его женой. Выйдя их церкви, они, как и положено супругам, сели в одну карету. Князь посмотрел на Мелиссу. Наваждение рассеялось — рядом с ним сидела та самая девушка, которую он впервые увидел месяц назад. Но он знал, что новый образ Мелиссы, который сегодня явился ему, останется в его памяти на всю жизнь.
— Ну, теперь вы, наконец, довольны? — спросил он Мелиссу нарочито грубо. — Желанная цель достигнута, вы — княгиня.
— А вы довольны? Ведь и ваша цель достигнута, вы — богаты, — Мелисса лишний раз напомнила князю, что не лазит за словом в карман.
Князь с трудом подавил вспышку гнева.
— Надеюсь, вы понимаете, что наш брак является фиктивным во всех отношениях, — сказал он почти спокойным голосом. — Я не стану покушаться на вашу девственность.
— Вам, видно, хватает графини? Интересно, это она вас надоумила сказать мне это, да еще столь оскорбительным тоном?
— Вас не касается, о чем мы с ней говорим.
— Ошибаетесь. Теперь я ваша жена и могу рассчитывать хотя бы на соблюдение приличий с вашей стороны. Если вы не станете вести себя подобающим образом, вы пожалеете.
— И что же вы сделаете? Попросите кого-нибудь вызвать меня на дуэль?
— Я привлекательна, — сказала Мелисса, не обращая внимания на его сарказм, — мне не составит труда найти себе любовника, забеременеть от него, а потом распустить слухи, что вы ко мне даже не прикасались.
Она сказала это столь спокойно, что князь поначалу даже не осознал всю серьезность угрозы. Но потом понял и ужаснулся. Как он сможет оправдаться, если она заведет себе любовника и забеременеет от него? Если станет известно, что он не выполняет свои супружеские обязанности, над ним будет смеяться весь мир. Возможно, начнутся сомнения по поводу его мужских способностей. Вдобавок, сразу же припомнят огромные суммы, которые Бентон Груп инвестировала в Мотавию, и революционеры смогут обвинить его в том, что он прикрыл браком сделку с английским правительством. Тогда неизбежны политические беспорядки, а их следует избегать любой ценой. Так что князь решил попридержать язык в разговорах с Элизой. Она знала, что его брак вызван целесообразностью, но ей вовсе не обязательно знать, что он решил никогда не прикасаться к Мелиссе.
— Вы не осмелитесь. Если вы попытаетесь сыграть со мной такую шутку, я…
— Я сделаю это, если вы вынудите меня! — ответила она.
— Каким образом я могу вынудить вас?
— Если станете открыто поддерживать связь с графиней Брин. По крайней мере, вы должны скрывать ваши отношения!