Несмотря ни на что, мужчины копали без остановки, до самого обеда, и сразу же после получасового перерыва возобновили свою дьявольскую работу. В нескольких шагах от бывшей уборной лопаты уткнулись в кучу мужских башмаков, прикрывавших человеческие кости.
Одна чикагская газета сообщала:
Сначала один из мужчин нашел фрагменты четырех человеческих ног. Второй удар лопаты показал, что в яме спрятаны три жертвы. Все останки были свалены в мешки с негашеной известью, но она не везде соприкасалась с телами, так что в некоторых местах еще оставались не разъеденные химикатом мягкие ткани. Когда кости вынули на поверхность, стало очевидно, с какой безумной яростью эта женщина кромсала тела своих жертв. Суставы она разрубала топором, а обрубки костей, по всей видимости, дробила молотком. В одном из двух черепов из-за недостатка извести сохранился мозг. Нижние части тел полностью разложились, и не удалось определить, мужчинам или женщинам они принадлежали3.
Зловонные останки складывали в ведра и относили в каретный сарай, служивший временным моргом. Оттуда, как писал один репортер, «исходил такой запах, который отпугивал даже самых любопытных»4.
Итак, с последними находками число расчлененных трупов, захороненных на скотном дворе миссис Ганнесс, составило девять человек. Газеты – от «Нью-Йорк таймс» до «Сан-Франциско кроникл» – разнесли весть о чудовищном открытии по всей стране. Они присваивали Белль Ганнесс самые ужасные прозвища, представляли «современной леди Макбет, которая, наполняя сундуки кровью жертв, превращала ее в золото», называли «Вампиром из Ла-Порта», «Людоедкой из Индианы», «Вурдалаком в женском обличье», «Леди Синяя Борода», «Верховной жрицей смерти», «Хозяйкой замка смерти», «Королевой злодеяний» и «Принцессой ада». По мнению «Питсбург пресс», ужасы, описанные Эдгаром По в романе «Убийство на улице Морг», меркли перед открывшимся на ферме Ганнесс. Питсбургской газете вторила «Чикаго ивнинг американ»: «Если бы По восстал из мертвых, он сочинил бы новую, еще более жуткую версию “Падения дома Ашеров”. Мрачная вдова из Ла-Порта, ее замок смерти и могилы на скотном дворе предоставили бы автору материал для новой “странной истории”, еще более волнующей, чем придуманные им при жизни»5.
Если учесть близость Ла-Порта к Чикаго, где Ганнесс жила раньше, и бесстыдное подогревание интереса к событиям со стороны желтой прессы, становится понятным, что для чикагских газетчиков настал звездный час. В среду газета «Игзэминер» – издание Уильяма Хёрста – вышла с устрашающим заголовком – «Белль Ганнесс – член местной банды гангстеров» – и сообщила, что преступницу уже разыскивает полиция6.
Как утверждал Герман Шуттлер, помощник шефа чикагской полиции, в городе обосновалась «банда, убивающая людей из-за страховок». Белль Ганнесс он считал участницей преступной группы. По его мнению, избавляясь от убитых, гангстеры перевозили их в Ла-Порт, на ферму Ганнесс. Умозаключения Шуттлера основывались на показаниях нескольких местных извозчиков. Они рассказали, что в 1906 и 1907 годах доставили ей, по крайней мере, девять тяжелых чемоданов. Полиция считает, писала газета, что «в этих чемоданах находились мертвые тела».
Один извозчик, Клод Стерджис, рассказал, с чем он сам столкнулся на ферме осенью 1907 года. Подняв на крыльцо тяжелый «туго перевязанный» чемодан и втащив его в прихожую, Стерджис начал снимать веревки. В эту минуту на него «с криком “Что это ты делаешь?” налетела миссис Ганнесс». Мужчина ответил, что, доставляя «чемодан для леди, всегда помогает его развязать». В ярости Белль обругала извозчика и, «схватив за рукав, вытолкала за дверь».
Получив информацию о двух «подозрительных чемоданах», которые дожидаются отправки на ферму Ганнесс, капитан О’Брайен из чикагского криминального отдела распорядился немедленно обыскать местные железнодорожные компании и их багажные отделения. По сообщению информатора, в чемоданах могли находиться тела жертв7.
Подхватив эту историю, газеты по всей стране объявили Белль Ганнесс членом сообщества, которое называли то «преступной группировкой», то «криминальным подпольем», то «синдикатом убийц», то «предприятием по убийству мужчин». Считали, что Белль укрывала краденое и распоряжалась деньгами банды, закапывавшей на ферме своих жертв.