Чикагские власти, преследуя Глинн и ей подобных, объявили брачные агентства «угрозой идеалам американцев», сводящей любовь и таинство брака к «банальной коммерции»3. Сержант Клифтон Р. Вулдридж – этакий американский Шерлок Холмс – вел против подобных контор жестокую войну и за двадцать лет карьеры арестовал около двадцати тысяч человек. Он рассматривал их мелкое жульничество как «одну из самых коварных форм преступности», сравнивал с «вулканом, извергающим мошенничество и двоеженство». В своих весьма популярных воспоминаниях под названием «Двадцать лет расследований в самом порочном городе мира» сержант пишет, что разоблачил и пресек больше сотни схем «быстрого обогащения», уничтожил «сорок вагонов» завлекательных проспектов и соблазнительных объявлений разных брачных агентств4.
После находок на ферме Ганнесс борьба со «сводниками» превратилась в настоящий крестовый поход. Местный прокурор, полностью игнорируя тот факт, что Белль никогда не давала объявления через брачную контору, немедленно распорядился арестовать «на территории Чикаго всех брачных агентов».
Помощник прокурора Сьюард Ширер сообщил репортерам: «Находки в Ла-Порте убедили нас, что разные сомнительные “клубы знакомств” посылали людей туда, где, как на ферме Ганнесс, их ждала верная смерть. Лишив простаков нескольких монет, их можно было убить, не опасаясь разоблачений». Допуская, что не все агентства были вовлечены в «торговлю смертью», Ширер настаивал: невозможно предсказать, как далеко может зайти сводник, чтобы обобрать попавшего в его сети бедняка»5.
Похожими размышлениями делился в своих мемуарах и сержант Вулдридж, переключаясь с геологической метафоры – извержение вулкана – на ботаническую, и сравнивал брачное агентство с «адским растением», а «ферму смерти» миссис Ганнесс – с его самым отвратительным «цветком».
Вопреки фактам, Вулдридж провозгласил, что «эта убийца завлекала жертв соблазнительными объявлениями в листках знакомств или через какое-нибудь брачное агентство». С помощью таких преступных контор, утверждал детектив, она «умертвила больше людей, чем любой другой убийца на свете». На иллюстрации к этому тексту была изображена Белль. Ночь. Вооруженная косой миссис Ганнесс стоит посреди двора, а вокруг вьются растения, усыпанные черепами вместо плодов. Подпись под карикатурой гласила: «Урожай смерти».
В заключение Вулдридж написал: «Деятельность этого “брачного агентства” обернулась жутким кладбищем расчлененных тел и ужасным склепом в выгребной яме. В Библии сказано: “По плодам их узнаете их”. Вот какие плоды принесла эта контора!»6
Глава 20
Урожай
Пятничным утром 8 мая не утихавший тридцать шесть часов ливень перешел в моросящий дождь, и к середине дня дорогу на «ферму ужаса» заполонила вереница экипажей, повозок, телег и прочих средств передвижения. К 8:00 там собралось множество мужчин, женщин, детей. Торговцы, фермеры, служащие и прочие жители окрестных городов – всем не терпелось увидеть, что еще обнаружат в ямах на скотном дворе1.
Невдалеке от места, где в среду был обнаружен и раскопан участок «рыхлой земли», шериф Смутцер, Джо Максон и Дэниел Хатсон снова принялись за работу. Лопаты легко входили в мокрую почву, и через полчаса Дэниел наткнулся на полусгнивший деревянный ящик. От удара он сразу развалился на части.
Как писал репортер, «когда подняли прикрывавшую содержимое ящика мешковину, под ней оказались комья гашеной извести. На дне ямы лежали кости, причем на некоторых еще сохранились желеобразные остатки мягких тканей». Там же обнаружили череп с прядями темных волос2.
Коронер Мак принялся осматривать кости. Как и все ранее найденные на ферме Ганнесс, этот скелет был расчленен: ноги отпилены на два дюйма ниже колен, руки отделены в районе плечевых суставов. Хотя в яме лежала пара женских туфель, по размеру костей и черепа Мак заключил, что принадлежали они мужчине.
Как только весть о находке достигла толпы, люди бросились к разрытой могиле. Один корреспондент оставил описание ужасной сцены. Бородатый пожилой мужчина пришел на ферму с тачкой. В ней он привез двух детей, очевидно, внуков. Около загона тачка перевернулась, дети выпали прямо в грязь. Как раз в это время кто-то крикнул, что «нашли еще одно тело», и старик, бросив плачущих внуков, побежал к яме3.