– Это неправда…
Он рассмеялся.
– Джефф не знает тебя так, как я. Он видит лишь блестящий фасад, и это чертовски досадно, потому что твой разум – лучшее в тебе. Твой блестящий, упрямый, беспринципный ум и чистая мощь твоей силы воли.
Дафна хотела возразить, но Итан смотрел на нее с выражением, которого она никогда у него прежде не видела.
Это был взгляд человека, который знает вас, знает ваши лучшие и худшие стороны, знает, что вы сделали и на что вы способны, и который выбирает вас, несмотря на все это. Это был взгляд, которого Дафна никогда не видела у Джефферсона за все годы их отношений.
– Перестань, – прошипела она, а потом повторила, уже громче: – Просто перестань, хорошо? Я не знаю, как тебя победить!
– Дафна. Это не всегда про победы.
– Конечно же, всегда!
Она потянулась пригладить волосы, чувствуя себя сильной и беспокойной. Но не успела Дафна опустить руку, как Итан поймал ее в свои. Его большой палец выводил маленькие круги на запястье – медленные, ленивые круги, от которых у Дафны перехватывало дыхание. Она не отстранилась, хотя лицо Итана внезапно оказалось близко к ее собственному. На этот раз не было никакой сардонической улыбки на его полных, чувственных губах.
– Итан… – Дафна хотела его остановить, но ее голос прозвучал опасно неопределенно.
Когда он наконец прильнул к ее губам, это казалось неизбежным.
Поцелуй обрушился на ее тело, дико воспламеняя нервные окончания. Дафна притянула Итана ближе. Она знала, что совершает глупейшую ошибку – отбрасывает все свои годы тяжелой работы. Ей было все равно.
Выбор должен был быть таким простым: с одной стороны, Джефферсон, принц. Все хотели, чтобы они были вместе: родители Дафны, родители Джефферсона, вся Америка и, якобы, сама Дафна.
И вот, посмотрите на нее. Казалось, что прикосновение губ Итана к ее губам замкнуло мозг Дафны, и больше ничего не имело значения.
Каким-то образом она умудрилась сесть на него, оседлав колени. Оба зашарили в темноте, отталкивая пенистую гору ее юбок. Губы Итана скользили по шее Дафны, и она откинула голову назад, собственнически обвивая его плечи. Ей казалось, будто она и Итан стали парой лезвий, ударяющих друг о друга, чтобы разжечь огонь, как искра против искры.
В одном Итан был прав: Джефферсон не знал ее и никогда не узнает.
39
Беатрис
Беатрис не удавалось остаться наедине с Тедди почти до самого конца вечера.
Просто гостей было слишком много, и все они стремились урвать для себя момент с женихом и невестой. Она несколько раз ловила взгляд Тедди, и между ними проходил невидимый проблеск общения, но то очередной доброжелатель оттеснял его в сторону, то фотограф просил Беатрис попозировать, и они снова отворачивались в разные стороны.
Несколько тусовщиков все еще торчали на потертом танцполе. Лакеи подошли к ним со стаканами воды, осторожно пытаясь проводить гуляк к выходу, где по кругу проезжала длинная очередь лимузинов. Даже цветы на своих возвышениях, казалось, выбились из сил; их лепестки уже падали на пол.
Беатрис наконец повернулась к Тедди и попросила отойти на минутку. Он понимающе кивнул, и она повела его мимо танцпола, за колонну из розового гранита.
– Тедди, мне так жаль, – поспешила сказать Беатрис. – Надеюсь, ты понимаешь, что я… Я имею в виду, мне никогда не следовало…
– Все хорошо, – заверил он ее с мягким взглядом голубых глаз. – Пока ты в порядке.
Его голос поднялся в конце предложения, превращая его в вопрос.
– Пока нет, – призналась Беатрис. – Но я думаю – я надеюсь, – что буду.
Тедди улыбнулся ей, чего она, безусловно, не заслуживала.
– Чем я могу помочь?
Беатрис почувствовала угрызения совести. Тедди был таким благородным и вдумчивым – и это в такой момент. Даже когда она разорвала их помолвку, он все равно сосредоточился на том, чтобы облегчить ей жизнь.
– Пожалуйста, пока никому не говори. – Беатрис невольно вспомнила, как просила его о том же, когда сделала предложение, хотя и по совершенно иной причине. – Мне нужно в первую очередь сообщить новости моему отцу. Тогда мы сможем определиться, как быть дальше.
Тедди кивнул.
– Я буду продолжать вести себя, как твой жених, пока ты не попросишь меня об обратном.
– Спасибо, – пробормотала Беатрис. – И спасибо тебе за понимание. За то, что не ненавидишь меня, даже после всего того, через что я тебя провела.
– Я никогда не смогу тебя ненавидеть. – Он потянулся к ее руке; в этом жесте не было ничего романтичного, но Тедди как будто хотел передать ей часть своей силы. – Что бы ни случилось, знай, что ты всегда можешь на меня рассчитывать. Как на друга.