– Лыжи на восточном побережье? Ужас. И как ты только пережил?
– Сэм! – крикнул Джефф со стула позади них. – Откровение, да?
Сэм обернулась; ее брат растянулся на кресле – одна нога на сиденье, а другая свисала вниз со все еще прикрепленной доской.
– Непременно. Погоняем? – крикнула она в ответ.
– На желание?
– Ага.
Тедди переводил взгляд между ними.
– Вы с Джеффом всегда пользуетесь своим близнецовским шифром?
– Ты думаешь, это был шифр? – усмехнулась Сэм. – Да это обычный ленивый разговор на подъемнике. В детстве мы с Джеффом общались на полной абракадабре. Няня с ума сходила.
Тедди улыбнулся под своей шерстяной банданой. Кончик его носа покраснел от холода.
– Я неправильно понял или он бросил тебе вызов?
– Мы с Джеффом всегда устраиваем гонки по Чаше Откровения. Победитель заставляет проигравшего выполнить желание. – Она усмехнулась. – В прошлом году после победы я заставил его заморозить ночную рубашку Дафны в снегу. На следующий день она была в ярости.
Теперь они ехали выше линии деревьев; пейзаж мчался под ними непрерывным белым потоком.
– Я слышал, что лыжная команда в Королевском колледже на удивление хорошая, учитывая, что они тренируются не в горах. – Слабая улыбка мелькнула на губах Тедди. – Вот там действительно катание на восточном побережье, но ты все равно можешь попробовать.
– Почему все считают, будто я непременно буду учиться в Королевском колледже? – Сэм изо всех сил пыталась скрыть раздражение. – Кто знает, может, я вообще не пойду в колледж.
– Ты же несерьезно, – возразил Тедди с удивительной убежденностью.
Она лишь пожала плечами.
– А какой смысл для такого человека, как я?
– То есть для одного из самых влиятельных людей на планете? Кого-то, кто на самом деле способен сделать мир лучше?
– Ты путаешь меня с моей сестрой. И это понятно, учитывая, что ты успел пообщаться с нами обеими. – Сэм проигнорировала резкий вздох Тедди. – Беатрис уже участвует в заседаниях Кабинета министров, помогает определять национальную повестку дня и ведет переговоры. Она – сила, а не я.
Поднялся ветер, слегка раскачивая подъемник вперед и назад. Тедди повысил голос, чтобы Сэм его услышала.
– Разве ты не понимаешь, что способна вдохновить миллионы людей? У тебя такая уникальная позиция, Саманта, ты можете использовать ее, чтобы побуждать людей действовать, выявлять проблемы, которые тебя волнуют…
– Ты говоришь о пропаганде, а не о разработке планов или управлении, – перебила Саманта. – То есть просто бегать, как чирлидер, по модным вечеринкам и просить людей пожертвовать на очередное мое дело? Вот уж нет. – О такой жизни мечтала Дафна. Не Саманта.
– Это не просто чирлидинг, если он несет реальные перемены, – возразил Тедди. – А что бы ты предпочла?
Сэм хотела выдать какой-нибудь язвительный комментарий, чтобы высмеять Тедди за его наивный идеализм, – но вместо этого сказала правду.
– Я не знаю, что хочу сделать. Я даже не знаю, в чем была бы хороша.
– Может, если пойдешь в колледж, то выяснишь.
Они подняли защитную планку и выскользнули на обдуваемую всеми ветрами вершину. Сэм отстегнула доску и закинула ее на плечо, не дожидаясь, пока Тедди, который вытащил из кармана куртки нейлоновый ремешок, повесит лыжи на спину, словно рюкзак.
Она молча пошла вдоль хребта по заледеневшим следам, выгравированным на снегу предыдущими лыжниками и сноубордистами. Слева от нее через каждые несколько ярдов стояли деревянные колышки с натянутой между ними красной лентой, чтобы лента чем-то помогла, если кто-то поскользнулся бы. За ней гора обрывалась отвесным склоном.
Наконец компания достигла вершины Чаши Откровения: широкое пространство снега, который нанесло со стороны горы. Разгорячившись, Сэм расстегнула молнию на куртке. Солнце наконец пробилось сквозь облака. Саманта подняла лицо вверх, подставляя лоб его поцелуям.
– Готова проиграть? – спросил Джефф, все еще тяжело дыша, и сверкнул своей обычной нахальной улыбкой.
– Давай. – Игнорируя тихое присутствие Тедди позади, Сэм пристегнулась к своему сноуборду. Затем подошла к краю склона и поехала вниз.
Воздух хлестал ее, беспощадно рвал одежду. Снег белыми брызгами взметался до колен по обе стороны доски. Сэм казалось, что каждая минута не на сноуборде была потрачена впустую – что только сейчас, летя со склона горы, она снова ожила.
Джефф вырвался вперед; она почувствовала, что и Тедди наступает ей на пятки: свист его лыж звучал более мягко, чем громкий скрип досок. Сэм присела и бросила вес вперед с большей силой, чем обычно, будто ее подстегивали слова Тедди. Какое право он имел ее судить?