Лорды и дамы расходились встревоженными группами, пока в тронном зале не остались только София и ее советник.
— Что за добровольная передача? — осведомилась королева, расхаживая в гневе.
— Это, Ваше величество, самый ужасный исход. Много веков назад придумали такую практику. Когда, как в нашей ситуации, наследник престола вызывает… опасения, а другого наследника нет, соседнее королевство может назвать престол своим и поглотить землю без кровопролития и революции.
— И народ позволяет такое?
— Если есть угроза остаться без правителя, да. Заявление проводится не голословно, угрожающая страна требует независимую оценку наследника.
— Будто оценка нас спасет, — фыркнула королева. — Мы — независимое государство! Мы не согласимся с этим!
Лорд Фредерик печально покачал головой.
— Ни одно требование передачи не смогли отклонить без жертв. Сто тридцать два года назад маленькая страна отказалась отдать престол барону Фарины, и тот так разозлился, что сжег все здания, — он вдохнул и вытер слезу с глаза. — Ваше величество, боюсь, мы обречены.
* * *
Сжег все здания. Слова лорда звенели в моей голове, мои слезы текли от осознания безнадежности, пока я брела по проходам, недавняя радость угасла. Бедный Монтань! Моя милая страна будет раздавлена каблуком Дракенсбетта! Этими лживыми, подлыми, трусливыми людьми… Они винили в убийстве моей семьи драконов, пикси и всех вымышленных существ, а сами планировали атаку с гор. Они сделали паузу, чтобы забрать трон без крови через мою руку, а потом, не прошло и дня, а они заявляют, что я не подхожу, и они собираются обойтись с Монтанем так жестоко… Как они посмели!
Я взвыла от ярости, испугав стражей в зале флагов, который проходила. Чудесно. Слухи о магии продолжатся. Дурацкая добровольная передача. Добровольная, ага! Это издевательство, а не доброта. И мое имя было созвучно с этим термином! Кошмар.
Я пришла в спальню и рухнула в отчаянии. Я вспомнила о своих снах, как принц Флориан входит в эту комнату с радостью на лице. Как силен был контраст между той радостью и нынешним хмурым видом, каким он был вчера, когда он пытался поцеловать зачарованную девушку перед ним.
И слова, которые было так сложно сдерживать, заполнили мой разум, те ужасные слова, которыми меня описывал посол Дракенсбетта… Я не помнила все в точности, но его критику поддерживали придворные Монтани, не пытаясь защитить меня, и это оскорбляло ужаснее всего.
Я лежала и плакала на ковре, частичка меня понимала, что слова, хоть и были жестокими, были правдой. Если обо мне судили по балу, разве такое мнение удивляет? Той ночью я вела себя как дура.
Я, прибыв в замок, ни разу (тут я зарыдала громче) не проявляла интерес к делам королевской семьи. Распорядок дня не очень-то вдохновлял даже совестливую принцессу. Но я отказывалась знать все, что было связано с придворной жизнью, так что теперь все думали, что я не подхожу для короны.
Я услышала приближающиеся шаги.
В дверь постучали, и я невольно прижалась к полу.
— Бен? — позвала Гильдеберта. — Открой дверь.
— Нет! — ответила я, всхлипывая. — Уходите!
«Так себя ведет принцесса? — прошептал голос в моей голове. Я зарыдала громче, но совесть подавить было не так и просто. — Рыдай дальше, и ты исполнишь то, что хочет Дракенсбетт».
— Тихо! — прошипела я. — Я устала! Я страдала, не видишь?
«Бедняжка», — прошептала совесть, это меня раздражало.
Я вздохнула и села.
— Минутку, — сказала я Гильдеберте. — Мне нужно… освежиться.
— Мне подготовить ванну? — спросила она.
— Ах… да.
«Это будет очень мило с вашей стороны», — сказала моя совесть.
— Это будет очень мило с вашей стороны, — повторила я, закатив глаза.
— О, благодарю, Ваше высочество. Рада слышать от вас такое.
Я покраснела от стыда. Я даже не обращалась с ней вежливо.
Я прошла к зеркалу. Грязные волосы торчали над заплаканным лицом, и я выглядела ужасно. Я совсем не походила на принцессу. Но, несмотря на внешность, я не была такой гадкой, как описал монстр из Дракенсбетта. У меня ведь были и хорошие качества…
Я вспомнила. Лорд Фредерик сказал, что будет проверка наследницы. Я плохо выглядела на публике, но за прошлый год выучила заклинания стихий, двойника, полета на метле; я выжила два месяца как узница, спасла при этом жизнь капитану Йоханнесу; я сбежала из темницы крепости Дракенсбетта, а потом успешно добралась до двойника и защитила ее и Монтань от принца Флориана. Ради своей жизни и жизней моего народа я могла и научиться быть принцессой.