Лёгкая волна изумления охватила меня, когда Амброз расстегнул свои сапоги, чтобы почувствовать траву под ногами.
— Вы любите землю так же, как и я, — заметила я. — Поэтому у вас в кабинете стоит дерево.
— Нам спокойнее, когда мы можем чувствовать её прямо под ногами.
Он пошевелил пальцами ног, и я рассмеялась.
— Мне тоже. Думаю, именно это отличает меня от Пантеона. И поэтому дверь миров такая высокая. Возможно, она не предназначена для божеств, связанных с Мунди таким образом. И… для вас тоже.
Он откинулся назад, расслабив шею.
— Это возможное объяснение, — только и ответил он.
— Как выглядит коридор миров?
Он слегка наклонил голову набок.
— К сожалению, мы не можем ответить на этот вопрос. Это не привилегия, к которой у нас есть доступ.
Я широко раскрыла глаза.
— Вы никогда не проходили через Врата?
— Мы не божества, богиня.
— Но вы и не смертные.
— Нет.
Ещё одно ограничение у этой чёртовой двери.
— Она плохо устроена.
Его горло дрогнуло, когда смешок сорвался с губ.
— А я-то думал, тебе нравимся мы такими, какие есть. Не буду скрывать, это удар ниже пояса.
— Вы вовсе не плохо устроены!
Я вскинула руки к небу, невольно усиливая его веселье. Моё движение расстегнуло первые пуговицы на лифе платья, и ткань слегка разошлась на груди.
Я не могла сказать, заметил ли он открытую кожу. Я не знала, что сделаю, если он отреагирует. Не знала, почему мне хотелось, чтобы он отреагировал. Хотя, возможно, знала — немного.
— Мы счастливы оставаться на Мунди вечно. Покинуть её было бы…
По его крупному телу пробежала дрожь.
— Это невозможно представить, — заявил Эвандер, выходя из пруда.
Я постаралась не обращать внимания на воду, стекающую по его обнажённому торсу.
— Неужели я только что нашла единственное, что заставляет дрожать защитников? — поддразнила я.
— Это не единственное.
— А какие ещё?
Эвандер покачал головой, улыбаясь.
— Сначала поедим. Я принёс ужин. Шоколадных булочек нет, обещаю.
Амброз уже доставал приготовленные блюда из сумки.
— Хорошо, — согласилась я, — поедим, но сразу после этого.
— После чего, богиня?
Я выпрямилась на коленях, пока Эвандер устраивался рядом с нами. Отлично. Я повернулась к ним лицом.
— Вы пригласили меня на это свидание, и оно личное.
Веселье блестело в их глазах. Эвандер сжал губы.
— Мм-хм.
— Значит, думаю, нам стоит поговорить о запретной теме.
— О какой именно?
— Из твоего рта может вылететь всё что угодно, — хмыкнул Амброз.
Я метнула в него убийственный взгляд, прежде чем прочистить горло. Это было серьёзно.
— Вы не общаетесь телепатически, хорошо. Но насколько вы связаны между собой?
— Разумеется, именно такой вопрос ты и задашь, — пробормотал Эвандер, запрокидывая голову.
Амброз продолжил:
— Мы — одна сущность. Просто в двух разных телах. Мы не выносим разлуки и не желаем её. Всё, что чувствует он, чувствую я. Речь не о магической связи разумов. Мы едины. Вот и всё.
Я на минуту потеряла дар речи.
— Кажется, теперь я запуталась ещё больше.
Эвандер закрыл лицо руками, его плечи подрагивали.
— Мы не можем жить друг без друга, — продолжил Амброз.
— Вы умрёте вместе.
Холодная волна накрыла меня. Я обхватила себя руками.
— Давайте больше никогда об этом не говорить.
Эвандер выпрямился и потянул меня за локоть, возвращая ближе к еде — и к ним.
— Ты права, сосредоточимся на нашей вечности.
Нашей вечности — в смысле «нашей вечности втроём»? Вместе?
Позже, когда я насытилась после того, как они буквально кормили меня с рук — Эвандер подносил каждый кусочек к моим губам, словно я была праздной королевой, — мы устроились у края водоёма. Я расстегнула пуговицы на платье, освобождая ноги и погружая их в прохладную воду.
Моё платье наполовину расстёгнуто. Кожа разгорячена и открыта.
Но ничего. Ни одной заметной реакции с их стороны.
Я не стала бы говорить, что это была неудачная попытка соблазнения. Они прикасались ко мне. Рука Эвандера ласкала мою, время от времени скользя вверх по руке. Ненавязчивые, естественные прикосновения Амброза. Я начала понимать, что он действительно очень ласков в своих жестах. И я тоже не отставала — позволяла своим пальцам скользить по их рукам, касаться бедра рядом с моим. В какой-то момент Амброз взял мою левую руку и устроил её у себя под подбородком.