Выбрать главу

— Все на нас смотрят, — прошептала я.

— Тебя это беспокоит? — передразнил меня Эвандер.

Я пожала плечами.

— Меня всегда беспокоит, когда на меня смотрят.

Он скрыл смех, делая вид, что потирает нижнюю часть лица.

— Но мне нравится, что меня связывают с вами.

— Отлично. Потому что мы не собираемся отдаляться, богиня.

Ворчливость Амброза никуда не исчезла. И видеть его таким угрюмым из-за того, что он не мог проводить со мной каждый час дня, было невероятно мило. Ах да, я это сказала.

— Тебе всё же придётся отдалиться, — поддразнила я его. — У тебя есть эксперименты, которые нужно провести. Я жду полный отчёт к моему возвращению.

Он скрестил руки с упрямством, которое выглядело до смешного очаровательно.

— Иди работать со мной.

— У тебя уже есть множество очень компетентных смертных, которые этим занимаются.

— Я ненавижу их всех.

Мы с Эвандером обменялись улыбкой.

— Ты так не думаешь. И у меня сегодня есть собственная работа.

Амброз тяжело вздохнул и притянул меня к своему боку. Именно в этот момент появился Райнер с руками, полными еды. Я даже не заметила, когда он присоединился к нашей палатке.

— Вы хорошо спали, моя госпожа, или эти монолиты всё-таки сумели раздавить вас во сне?

— Райнер, — поприветствовал его Эвандер. — Не начинай. Кассий нуждается во мне?

Страж проигнорировал его.

— Я лишь интересуюсь благополучием моей божества.

— Если ты считаешь, что мы недостаточно заботимся о её благополучии, ты вылетишь из этого лагеря с отпечатком моей подошвы в одном интересном месте, — прорычал Амброз.

Я поцеловала его бицепс.

— Меня не так-то просто расплющить, Райнер.

— Рад это слышать. Кто-нибудь хочет позавтракать?

В его взгляде была одна сплошная озорная насмешка.

— Да.

Эвандер протянул руку, чтобы взять что-то из его ноши. Райнер свистнул, ловко уклоняясь.

— Я не говорил: «кто-нибудь хочет съесть мой завтрак». Идите и возьмите себе сами.

— Что за Страж отказывает божеству в еде? — укорил его Эвандер.

Райнер замер, и его весёлое выражение исчезло. Я покачала головой, прежде чем паника успела зародиться.

— Ешь свой завтрак спокойно. Я не отбираю хлеб у смертных, — ответила я, бросив убийственный взгляд на Эвандера.

Он подмигнул мне.

***

— Мы покидаем лагерь на несколько часов, — сообщил он мне после еды.

— Тогда увидимся завтра вечером.

— Ммм.

Я повернула голову к Амброзу.

— Только не на месте моей миссии.

— Мы ничего не можем обещать, — напевно произнёс Эвандер.

— Вы оба одинаково невыносимы.

Он пожал плечами с видом: «Мы — одно и то же».

Я поочерёдно притянула их к себе, взяла их лица в ладони и поцеловала каждого в губы.

— До завтра.

Мне пришлось сыграть роль самой сильной из нас троих и уйти первой. Моя группа ждала на окраине деревни, чтобы следовать карте, которую нам выдали. Наш отряд увеличился: к нам присоединились трое солдат, среди них — сестра Гризельды. Но её самой среди остальных я не увидела.

— Где Хохана?

Грис стиснула зубы, хотя в её глазах светилась нежность.

— Наверняка побежала играть в героиню, чтобы прибыть первой.

— Она делает это из-за меня? — спросила я, и облако вины заслонило моё внутреннее солнце.

Вчера вечером мне довелось познакомиться с ней. Со мной она держалась очень сдержанно, словно под впечатлением, и она была не первой смертной, которая начинала чрезмерно стараться в моём присутствии.

— Нет, Чо-чо начала так делать с тех пор, как поняла, что может обогнать старшую сестру хоть в чём-то.

— По крайней мере, упорство — семейная черта, — заметила Мал.

Мне хотелось улыбнуться ей, поделиться шуткой, обсудить, какая тень вокруг самая уютная, но она отвернулась.

— Пора выдвигаться на позицию, — прервал нас один из солдат. — Готовы к двухдневной миссии?

Я поморщилась. Молодые солдаты избегали встречаться со мной взглядом. «Удобно», — саркастически прокомментировал Аксл во время нашего знакомства.

— Идём.

Мы снова пошли. Опять. Словно нескольких дней перехода до Талена оказалось недостаточно.

На месте встречи нас уже ждали двое смертных.

Я помахала рукой Хохане и её дедушке. После знакомства с этим стариком я не удивилась, увидев его здесь. Он любил своих внучек трогательной, сильной любовью. Гризельда же посмотрела на это совсем иначе.

— Баба? Что вы здесь делаете? Хохана, зачем ты его привела?