Я уронила голову на землю — главным образом потому, что совершенно не хотела вставать. Что-то защекотало мою руку. Я не удивилась, когда увидела, как тонкий корешок тянется ко мне и обвивает мизинец.
— Я в порядке, — сказала я, постукивая по земле.
Он ещё крепче обвился вокруг моей руки и прижал её к почве, заставляя меня ощутить силу жизненных пульсаций Мунди. Я могла бы описать рельеф леса с закрытыми глазами.
— Всё нормально. Правда.
Я попыталась освободиться. Безуспешно. Я не смогла бы поднять руку, даже если бы потянула корень на себя — не такой уж он и хрупкий.
— Почему ты не хочешь меня отпустить?
— Возможно, Мунди не хочет, чтобы ты продолжала, — заметила Гризельда, и в её голосе прозвучала нотка тревоги. — Прими это как знак.
Она, Мал и Аксл остановились, наблюдая, как Мунди проявляет себя, — с ужасом и восхищением. Для меня было поразительно видеть их такими потрясёнными, ведь они спокойно смотрели на то, как отрастает трава, как распускаются бутоны, и даже глазом не моргали.
— Я не сдаюсь, — процедила я сквозь зубы — и для Мунди, и немного для самой себя.
Так поступали воины с магическими мечами. По крайней мере, я так представляла. Так должна была поступать я.
Я резко выдохнула, сдувая с лба прядь волос, застрявшую в чёлке, не имея возможности пошевелить рукой.
— Если только ты не собираешься утащить меня под землю, чтобы я возродилась врождённой воительницей, может, перестанем играть в «Я приковываю божество к Мунди. Буквально»?
Корень начал отступать. Я тряхнула рукой, пока он не скрылся обратно в земле.
— Возможно, — начал Амброз, — тебе стоит избегать просьб к Мунди утащить тебя под землю.
— Да не станет она этого делать.
Он поджал губы, затем уставился в свою ладонь, словно она помогала ему думать, словно он уже выстроил в голове тысячу и одну теорию — чтобы тут же их проверить и опровергнуть.
— Что? Серьёзно?
Мой собственный мозг тоже начал лихорадочно работать. Я не могла вернуться под землю. Я уже «доварилась», когда родители вытащили меня оттуда. Я была полностью сформирована и больше не нуждалась в том же, что раньше. Я была сознательной!
Эвандер подошёл, присел рядом со мной и поднял меня за талию, как делал уже с полдюжины раз за последние тридцать минут. Во многом потому, что я не спешила вставать сама. Божеству нужно было хотя бы две секунды, чтобы перевести дух.
— Я никому не позволю похоронить тебя заживо, но… в следующий раз не испытывай судьбу.
Я широко раскрыла глаза и тоже с опаской посмотрела на землю.
— Может, следующие тренировки лучше проводить в помещении.
— Мы можем на сегодня закончить, — прошептал он достаточно тихо, чтобы подарить мне подобие уединения.
— Я не сдаюсь, — повторила я.
Он прищурился, явно раздражённый моим решением, которое со стороны, должно быть, казалось совершенно бессмысленным.
— Знаешь что? Если в следующий раз тебе удастся вывести меня из равновесия до того, как ты снова окажешься на земле, ты сама будешь решать расписание наших тренировок.
Я сглотнула. Я ведь ещё ни разу не пыталась напрямую противостоять одному из них. Если они способны уложить на землю трёх оруженосцев — лучших бойцов после Стражей оружия, — то я за свою шкуру много бы не дала. Не буквально. Они не причинили бы мне вреда, не тогда, когда Амброз сделал всё, чтобы смягчить удар, не позволив ни одной части моего тела врезаться в дерево, укрыв меня своими тёплыми руками…
— А если у меня не получится? — внезапно спросила я.
Эвандер мягко отодвинул прядь волос, закрывавшую мне глаза.
— Тогда решаю я.
— Разве ты уже этого не делаешь?
Он покачал головой, будто я сказала полную чепуху. Отступив на три шага, он поманил меня рукой.
— Иди ко мне. Покажи, насколько я не дотягиваю.
Тихий смешок прорвался сквозь мои губы, вызвав у него ещё одну улыбку. Я указала на него пальцем.
— То, что ты способен меня победить, вовсе не делает вас лучшими воинами Мунди. Я просто безнадёжна.
— Ты исключительная.
… катастрофически.
Я выждала. Он не продолжил.
На самом деле он позволил мне попытаться провести внезапную атаку — и схватил меня за подбородок прежде, чем я достигла цели.
— Ты смотришь на точку, куда собираешься ударить, прежде чем начинаешь движение.
— А как я должна начать движение, если заранее не посмотрю?
— Если ты недостаточно быстра, используй другие чувства. У тебя, больше чем у кого-либо, есть преимущество в этом.
— Мунди не сообщает мне, какое движение ты сделаешь дальше.