Словно почувствовав, куда свернули мои мысли, Эвандер откинулся на спинку стула, внезапно став гораздо увереннее.
— Скоро увидимся.
— Когда у меня будет время.
— До завтра, Аврора.
Я ускользнула, сердце билось уже с чуть меньшей тревогой.
***
— Мал?
Моя напарница по секции не отвлекалась от отжиманий, которые выполняла одно за другим, в то время как мы все склонились над картами, которые изучали весь день. Тренировки с Эвандером и Амброзом разожгли в ней лихорадочную решимость. Быть побеждённой так легко, пусть даже мифическими существами, которые были ближе к божествам, чем к смертным, — это выходило за пределы того, что она считала приемлемым.
— Я же сказала вам, что могу использовать фактор неожиданности, — повторила она, тяжело дыша.
— Я слышала, хотя и говорю тебе, что твои техники призрачного перемещения не сработают на осыпающейся местности, если только ты не умеешь летать.
— Может, я научусь. Это могло бы пригодиться, — упрямо парировала она, с той же настойчивостью, что и пять предыдущих раз, когда кто-то пытался с ней поговорить.
Гризельда закатила глаза. Она устала наблюдать, как Аксл и Мал суетятся во все стороны, потому что им больше нравилось быть снаружи, на местности, чем запертыми в учебном зале. Мы часами разбирали наши стратегии. Хотя умственное упражнение мне нравилось, я тоже давно потеряла нить. И дело было не в том, что я не воспринимала всерьёз замечания Гриз о важности этой миссии.
Это не помешало моему разуму унестись куда-то ещё, далеко от вымышленного сценария, придуманного для проверки новичков на заданиях, которые не знаю какое божество могло бы приказать выполнить.
Я оторвалась от стола, оставив Гриз и Аксл ломать себе головы, и подошла к Мал. Я присела рядом с ней и понизила голос.
— Я хотела поговорить с тобой о другом.
— Да, тебе бы стоило прибраться в своей комнате. Я её видела. Понятия не имею, как ты умудряешься жить в таком свинарнике.
— Во-первых, очень невежливо снова поднимать эту тему. Во-вторых, когда ты вообще была в моей комнате? И, наконец, это совершенно не то, о чём я хотела спросить.
Она не проявила ни малейших признаков раскаяния. Как обычно. Она даже не подала мне ни малейшего повода продолжить. Придётся начинать самой.
Я прочистила горло.
— На гала-церемонии, когда ты присоединилась ко мне в коридоре, когда я вышла освежиться…
— Спрятаться.
— Сделать перерыв в уборной. Большинство Стражей и новичков, которые были там в тот вечер, остались на приёме, но не ты. Почему ты оказалась там именно в тот момент?
Она опустилась ниже, её плечи напряглись, затем поднялась вверх, руки налились от усилия.
— Это был приказ Защитников.
Я задержала дыхание.
Вниз. Вверх. Вниз.
— Они попросили, чтобы кто-то последовал за мной в коридор? — попыталась я уточнить.
— Они попросили именно меня пойти за тобой.
Я вспомнила своё паническое состояние, свою просьбу оставить меня одну — и Мал, которую я вытащила с важного события, дававшего ей первый вкус должности её мечты.
— Ладно. Хорошо. Спасибо, что ответила, это… нормально.
Я потеряла равновесие на пятках. Чья-то рука легла мне на плечо, удерживая, — суровое лицо Гризельды склонилось надо мной.
— Что происходит?
— Ничего. Я совершенно не понимаю, что делаю.
Чёрт, ну да, это была чистая правда. Гризельда поджала губы.
— Это намеренно?
— Эм, нет.
— Тогда, возможно, позволь происходить тому, что должно происходить. И тащи свою божественную задницу обратно к этому столу — у нас работа.
***
Возможно, я стала такой же незаметной, как Мал, потому что всё ещё стояла в тени, подглядывая за другим защитником так, чтобы он об этом не знал.
Складка между бровями Амброза исчезла, сменившись невинным выражением, которое делало его моложе и доступнее. Его руки были заняты тем, что он осторожно манипулировал двумя кусками породы.
Я не стала бы упрекать его за лёгкую улыбку, появившуюся на губах. Я бы тоже улыбалась, если бы могла весь день наблюдать плотность и вибрационную частоту камешка.
— Я бы сказал, что мне нравится, когда на меня глазеют, как на кусок мяса, — произнёс Амброз вслух впервые с момента моего появления, — но полагаю, в твоём случае речь скорее идёт о кондитерском изделии из муки и сахара, богиня.
Полотно палатки, которое я крепко сжимала в кулаке, выскользнуло из моих пальцев. Несколько голов исследователей-Стражей повернулись в мою сторону, в отличие от Амброза, который продолжал сосредоточенно следить за своим экспериментом.