— Аксл! Осторожно! — закричала я.
Громадная масса накрыла нас своей тенью. Я не стала тратить время на раздумья и бросилась к новобранцу, моё тело врезалось в её, в то время как мир вокруг нас превращался в хаос.
Эта авторка слышала слухи, будто кровь божеств сияет так же ярко, как мои ушные кристаллы. Разумеется, все, кто мог бы это подтвердить, вероятно, уже мертвы к этому часу. Но вообразить это забавно.
— СТАТЬЯ В ПОПУЛЯРНОЙ ГАЗЕТЕ
Когда обвал прекратился, воздух был переполнен пылью. Плотная жёлтая завеса застилала мне обзор. Я закашлялась, распластанная на земле, на ощупь пытаясь понять, где нахожусь. Чья-то рука вцепилась мне в локоть и крепко сжала его.
Аксл. Аксл был жив. Образ огромного валуна, обрушивающегося ему на голову, был последним, что отпечаталось в моём сознании.
Я протёрла глаза. Обломки разных размеров осыпались вокруг нас. Но главное — тропа, тянувшаяся вдоль склона горы, наполовину обрушилась, и то, что от неё осталось, было перекрыто гигантским завалом камней. Прямо посередине, отделяя меня и Акслa от Мала и Гризельды.
— Все целы? — крикнул голос последней с другой стороны преграды.
Аксл рядом со мной облегчённо выдохнул.
— Мы целы.
— Мы тоже.
Спасибо, Мунди.
Аксл поднялся, стряхивая с нас камешки, которыми нас засыпало. Удар от падения постепенно расходился по моему телу, и я вздрогнула, когда почувствовала резкую боль в правом бедре. Я провела рукой по теплу, разливавшемуся по коже, затем поднесла ладонь к глазам.
Дело было плохо.
Дыхание застряло у меня в горле. Я встретилась взглядом с Акслом. Его брови были сведены, зрачки расширены.
— Ты вытолкнула меня с траектории валуна. Ты… спасла мне жизнь.
Чёрт, ну конечно, теперь он обязан мне вечным долгом!
— Я не говорю, что не буду ждать благодарности позже, — я сглотнула, — но мне, похоже, понадобится помощь. Прямо сейчас…
Конец фразы растворился в нервном смешке, который тут же перешёл в болезненное сипение. Я раскрыла ладонь на бедре. Взгляд Акслa упал на неё, и всё его тело застыло.
Осколок камня, должно быть, отлетел и вонзился мне в ногу. Я не решалась смотреть на размер раны, но, судя по горячей жидкости, пропитывающей мой мундир, я бы поставила на «довольно серьёзно».
— Аксл, ты можешь поднять тот большой камень, чтобы пройти на другую сторону? — крикнула Гризельда из-за завала.
С каждой секундой кровь всё быстрее пульсировала в теле, усиливая боль. Аксл по-прежнему не двигался, и всё же я чувствовала, как срочность сочится из каждой его поры.
— Может, попробуешь не впадать в режим полной паники. Сложно, знаю, но это не поможет… моему положению.
Он пришёл в движение, отстранил мои руки от раны и прижал к ней свои — куда более крупные. Давление заставило меня тихо вскрикнуть от боли.
— Мал! — позвал он. — У нас задержка. Она ранена.
Прошла доля секунды замешательства, прежде чем до нас донёсся голос смертной, более пронзительный, чем обычно.
— Что? Аврора?
— Я цела, — заверила я её, несмотря на усиливающуюся дрожь.
Аксл метнул в меня убийственный взгляд. Ничего нового под солнцем.
— Она истекает кровью. Сильно.
Гризельда громко выругалась. Я могла бы рассмеяться, но… да, я была занята совсем другим.
— Сдвинь этот чёртов валун, Аксл! — заорал Мал. — Клянусь, если ты этого не сделаешь, я скормлю тебя острым камням у подножия этой горы.
— Я не могу. Я не знаю, насколько устойчива гора.
— Я к вам спущусь. Перелезу через этот завал.
— Даже не думай, — резко отрезала Гризельда. — Ты можешь спровоцировать новый обвал и сорваться навстречу собственной смерти.
— Да пошла ты, Гриз!
Новичка она проигнорировала.
— Аксл, вытащи её оттуда.
Хотя они не могли его видеть, Аксл кивнул. Он наклонился надо мной.
— Я донесу тебя до целевого лагеря.
Боль полностью исказила мои ощущения. Казалось, всё моё тело сжалось до размеров бедра. И оно было очень злым.
— А… миссия?
— Чёртова богиня истекает кровью, это уже не тренировка, так что заткнись!
Он мог бы быть повежливее, но ладно. Он показал мне прижать рану вместо него. Когда его руки оторвались от моего бедра, он на долю секунды замер, увидев свою кожу, покрытую…
— Твоя… твоя кровь.
К его чести, он продолжил движение, поднял меня и начал осторожно отходить от завала, хотя сам выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание.