Дыхание взволнованно потяжелело и меня затрясло от страха и возбуждения, когда Олав лег сверху.
- Х-хочу быть твоей, - сказала я тихо-тихо, запинаясь от ужаса. - Пожалуйста, сделай это.
Олав сглотнул и посмотрел мне в глаза.
- Я никогда не был с девушкой. То есть… - он смущенно умолк и состроил виноватую гримасу. - Тебе, вроде как, больно будет. Но я осторожно, обещаю. Хорошо?
Я испуганно торопливо закивала. Я сто раз слышала, что невинность отдают на брачном ложе после пышной свадьбы и что девушка должна быть чистой. Должна то, должна это… Пошли вы все, сама разберусь кому и когда я хочу отдавать свою невинность!
Олав поерзал, устраиваясь сверху, и я поняла, что он собирается сделать это прямо сейчас. Прямо сейчас пока я не передумала! Кровь застучала в висках и меня обожгло возбуждением. Прикосновения Олава выдавали нетерпение и жажду, но меня это не пугало, потому что я чувствовала то же самое. Мне тоже не терпелось, и я неистово хотела отдаться ему, именно ему и никому другому.
Он сжал мою руку, переплетая пальцы, а второй скользнул вниз между нашими телами. Сделал несколько быстрых резких движений по члену и коснулся меня пальцами. Я была вся мокрая, ужасно возбудилась, пока мы дрались в постели. Стадо немного стыдно. И что со мной не так? Разве не должны меня возбуждать только приличные, скромные, нежные ласки как других девушек? Разве можно вот так сразу? Но мне хотелось, ему тоже и все правила оставалось только послать к черту. Я развела ноги шире, Олав закрыл глаза, проводя горячим твердым членом у меня между ног, направляя и выискивая то самое место.
Я замерла. Было страшно, но недостаточно, чтобы остановиться. Член был гладкий твердый, прикосновения им неизъяснимо волновали и заставляли все в животе сжиматься в странном болезненном ожидании. Жажде...
Олав стал входить, и я судорожно задышала, нахмурилась. Было неприятно, больновато и непривычно.
- Я осторожно… М-медленно… - он бормотал что-то еще, не знаю кому — себе или мне. Ощущение горячего, крупного члена, проникающего в меня, было пугающим и завораживающим. Мое тело не противилось, но было так непривычно и немного больновато, странное тянущее чувство сжало таз.
Я тяжело выдохнула, и Олав испуганно замер.
- Больно?
- Н-не знаю… Да… Немножко.
Я потянулась и сжала его ягодицу, потянула к себе. Да мне было больно, но кого это вообще могло волновать в такой момент? Олав замер и сцепил зубы.
- Сан вот… сейчас… - он тяжело дышал и я тоже. Я сцепила ноги у него на поясе и закивала, без слов говоря: плевать на весь мир я хочу быть твоей!
Олав резко подался вперед, и я зажмурилась от вспышки боли. Зашипела недовольно.
- Ай! - выдохнула и скривилась, пытаясь прийти в себя. - Какого черта? Почему мне больно? - возмутилась я от всего сердца.
Олав нежно рассмеялся, поцеловал меня и выждал, а потом протиснулся внутрь еще немного подался назад и плавным движением бедер вошел в меня до конца. Его бедра прижались к моим так крепко и так ладно, что я удивленно распахнула глаза.
- Вот и все… - прошептал он и медленно отстранился. Ощущение, когда он вышел было странное, тянущее и заставило меня мучительно вздрогнуть всем телом.
Олава трясло от возбуждения, я не знала как он нашел в себе силы остановиться, но была ему благодарна. Между ног ныло и саднило и я не уверена была что хочу прямо сейчас снова почувствовать его внутри. Олав отвернулся и потянулся куда-то к полу. Поднял мое платье и осторожно вытер меня между ног. На подоле остались кровавые разводы.
- Они должны были порадовать Августина, - пробормотала я и начала смеяться как сумасшедшая. Олав тоже заржал и бросил платье прочь.
Он сгреб меня в объятия, и мы стали неистово целоваться, честные и открытые, доверившие друг другу что-то очень важное этим простым двухминутным действом.
Олав отстранился.
- Как себя чувствуешь?
Я пожала плечами.
- Ну… нормально.
И мы снова стали смеяться, потому что по всем канонам мне нужно было или парить в небесах от эйфории или умирать от неистовой боли или чувствовать себя хотя бы женщиной. А я чувствовала только небольшой дискомфорт, жадное любопытство и неистовое облегчение от того, что тот самый страшный первый раз уже позади.
- Простите ваше высочество, но я собираюсь научить вас плохому, - прошептал Олав хрипло.
- Правда? - я прикусила губу и заерзала, снова чувствуя возбуждение. И тут поняла почему Олав сделал это так — быстро и сразу. Я бы только нервничала и боялась дольше, а так - раз и все уже позади. И можно просто любить друг друга. - Научи, пожалуйста. Обещаю быть смирной ученицей.