Младший сын наложницы Ванг занимал скромную должность хранителя императорского архива. Из столицы выезжал довольно часто, в основном для переписи населения и оформления отчетов об уровне благосостояния страны в целом. Голодают ли граждане, нуждаются ли в чем.
Интересно это было только ему. Никаких действий по поводу страждущих император не предпринимал и даже не планировал. Но не препятствовал младшему принцу развлекаться, как его душе вздумается.
Впрочем, Сюймин Ванг не просто так катался по стране.
Он помогал бедствующим из собственных средств. Если бы в этом мире существовали благотворительные фонды и меценаты, его можно было бы назвать основоположником этой деятельности.
— Задержитесь, пожалуйста, ненадолго, — попросила я вполголоса, тронув супруга за рукав. — Мне нужно сказать пару слов этому человеку.
И указала на повозку.
Тьенхэ бросил на меня странный взгляд и вскинул кулак, сигнализируя остановку.
Возница натянул поводья, подчиняясь приказу стража ворот.
Занавеска скользнула в сторону, открывая усталое молодое лицо. Как положено главному герою, его высочество был крайне хорош собой даже после выматывающего путешествия и с немытой головой.
Изящные черты лица, породистый нос, упрямый подбородок и саркастично изогнутые губы.
— Ваше высочество! Не ожидал увидеть вас здесь. Тем более в таком виде, — насмешливо протянул он.
Привязанности мы друг к другу не питали. Юлиань с детства считала младшего брата мямлей и открыто презирала, а после моего попадания нам общаться не довелось: Сюймин странствовал чаще, чем бывал во дворце.
— Слышал, вы вышли замуж. Поздравляю. Наверное, — принц метнул короткий взгляд на терпеливо ожидающего поодаль генерала и приветственно тому кивнул. — Вас ждет нелегкая жизнь.
— Позаботьтесь о себе, — отрезала я, входя в образ стервы. — Вам это вскоре тоже предстоит.
— Что? Брак? Вряд ли, — небрежно отмахнулся братец. — Я не того полета птица, чтобы его императорское величество озаботился моим семейным положением.
Я грустно усмехнулась и понизила голос, наклоняясь к самому окну:
— Не будьте в этом так уверены. Сейчас небеса благоволят наложнице Сюй, и она не упустит своего. В саду, где слишком много цветов, одни неизбежно затеняют другие. В особенности если те, что повыше, ядовиты, а оставшиеся в тени — хрупки и уязвимы. Тайные знания не всегда приносят пользу, иногда лучше их проявить.
В глазах Сюймина мелькнуло понимание, смешанное с недоумением.
— Ценю предостережение, хоть и неожиданно получить его именно от вас, — принц едва уловимо обозначил благодарный кивок.
— Не стоит опасаться брака. Это не так плохо, как может показаться на первый взгляд, — добавила, тоже покосившись на невозмутимого Тьенхэ. Слышит он или нет? — Род Сюй многолик. Было бы неосмотрительно судить лес по нескольким подгнившим пенькам.
Принц от неожиданности подавился и закашлялся, скрывая неуместный смех.
— Вы изменились, принцесса, — выдавил он наконец. — Пожалуй, повзрослели. Брак вам пошел на пользу.
— Поверьте, ваш союз тоже принесет пользу. Но будьте осторожны, четвертый принц. Излишняя преданность супруги может принести неудачу ее роду. Соблюдайте баланс и продолжайте делать то, что у вас получается лучше всего.
— Что именно?
— Будьте внимательны к деталям и вникайте в суть. Не всякие знания лежат на поверхности, но вы умеете находить то, что упускают другие.
Не могу же я ему прямо сказать — следите за интриганами и не позвольте уничтожить род Сюйхэ!
Один из самых обидных и несправедливых моментов дорамы, на котором я ревела белугой. После того как молодожены смирятся со своим статусом, найдут общий язык и насладятся коротким семейным счастьем, очередная интрига наложницы Сюй провалится и срочно понадобитсякозел отпущения.
Им станет род Сюйхэ. За мнимое участие в заговоре и мятеже семью уничтожат под корень, на четыре поколения. То есть от стариков до младенцев. Уцелеет лишь супруга принца, но их обоих отправят в тюрьму как причастных и подвергнут пыткам.
Герой и героиня выживут.
Однако хрупкая гармония, зародившаяся было между ними, разрушится. На восстановление былого доверия уйдут годы. А счастье навеки приобретёт привкус пепла от сожжённого храма предков.
Мне бы не хотелось для них повторения подобной судьбы.
Глава 12
Раскланявшись с принцем, я вернулась за спину Тьенхэ.
Отряд тронулся, огибая повозку и просачиваясь сквозь ворота узким ручейком. Дежурные приветствовали прославленного генерала гулкими ударами кулаком в грудь и кланялись, провожая на благую борьбу с кочевниками.