— Покажи, что мне делать в следующий раз. Я еще не была в походах и не знаю, что здесь принято, а что нет. Не хотелось бы стать источником проблем.
— Что вы, принцесса. Как можно… — начал было знакомую песню генерал.
— Я теперь твоя жена. И, скорее всего, это не последнее наше совместное путешествие. — Я пожала плечами. — Чем путаться у окружающих под ногами, лучше объясни один раз. Или тебе претит чему-то учить женщину?
Об этом я не подумала.
Короткий взгляд через плечо подтвердил мои подозрения — на нас пялился весь отряд.
— Наверное, мне не пристало обременять тебя… — растерянно пробормотала, отступая под прикрытие белоснежного кобыльего бока. — Сама разберусь.
— Почту за честь, принцесса… подскочил откуда-то сияющий белоснежной улыбкой Юйшан.
Но тут же увял и ретировался.
— Разумеется, я тебя всему научу, — усмехнулся Тьенхэ.
Судя по тону, намек был двусмысленный.
Я с трудом подавила нервное хихиканье.
Учитывая, что по сюжету генерал был махровым девственником и отказывался даже от услуг девиц в «весенних домах», опыта в том плане у меня побольше.
— Буду весьма признательна, — невинно захлопала я глазками, делая вид, что подтекста не уловила.
Да Юлиань и не могла его понять. Дитя запретов, все, что она слышала об отношениях мужчины и женщины, исходило от наложницы Сюй и заключалось в одной фразе: «Не сопротивляйся мужу».
Тьенхэ расстегнул и заново перетянул подпругу, комментируя каждое свое действие — с какой силой, зачем и почему нужно, чтобы под ремень влезало два пальца. Проверил, не натирает ли уздечка, похлопал животное по шее и торжественно вручил мне повод.
— Пора в путь. На следующем привале я ничего делать не буду, но помогу, если ты меня попросишь. — Его тон стал вкрадчивее, а голос — тише.
Я закивала дурочкой и уже привычно поставила носок сапога на сплетенные пальцы мужа.
Следующий привал был чуть дольше. Разводить костер не стали, перекусили свежими пирожками с мясом и яйцом.
Для меня генерал расстелил свой плащ за кустами, в отдалении от солдат, и сам устроился рядом.
Так близко, что наши колени соприкасались.
Несмотря на то что я в душе умудренная годами женщина, сердечко томно екнуло.
Ели молча и быстро.
Тьенхэ сосредоточенно изучал на разложенные по промасленной бумаге пирожки, избегая смотреть мне в лицо.
Тоже мне, учить он собрался.
Сам на жену взглянуть стесняется, а туда же!
К вечеру мы добрались до небольшого постоялого двора. Отряд уже ночевал там ранее, и солдаты быстро разбрелись по комнатам.
Я вертела головой, рассматривая обстановку. Никакой роскоши, сплошь практичность. Грубое дерево, лавки, приземистые массивные столы. По залу плыли ароматы жареного с чесноком и луком мяса, и у меня невольно потекли слюнки. Одними пирожками сыт не будешь, особенно учитывая, что весь день я занималась непривычными физическими упражнениями.
Одно дело посидеть часик на лошади, и совсем другое — скакать на ней с утра до вечера.
Ноги сошлись с трудом, мышцы поясницы тоже ныли, сетуя на тяжелую судьбу. Мне даже есть хотелось куда меньше, чем просто вытянуться на постели.
Тьенхэ не спешил подниматься на второй этаж вслед за остальными.
— Полагаю, ты захочешь отдельную комнату? — неуверенно уточнил он, взглядом подзывая хозяина заведения.
Тот подскочил, угодливо поклонился. Не знал, видимо, что я принцесса, иначе бы в ноги рухнул.
— Зачем? Чтобы у недоброжелателей было больше шансов причинить мне вред? — хмыкнула я. — В крепости мне бы, конечно, хотелось свои покои, но в дороге самое безопасное место — рядом с тобой. Будем реалистами. В случае чего я и на помощь позвать не успею.
Жаль, что принцесс не учат самообороне. Но я и в реальном мире была той еще принцессой — самое боевое из моих умений — это между ног коленом.
Новость о том, что я планирую жить отдельно, супруга не порадовала, но совместная ночевка в пути немного примирила с действительностью.
— Принеси дополнительный постельный комплект, — приказал он трактирщику. — И жаровню. Ночью может быть прохладно.
— В вашей комнате уже есть жаровня, господин. — Хозяин снова поклонился. — Для дамы подготовить ванну?
— А можно? — вырвалось у меня невольно.
Не ожидала в глуши подобного сервиса. Мысль о возможности смыть с себя грязь и пот неимоверно воодушевила.
Тьенхэ отчего-то покраснел, но величественно кивнул.
— Подготовьте. И ужин в комнату.
Номера, даже предназначенные знатным посетителям, роскошью не отличались. Все то же грубо обработанное дерево, лежанка с циновками и двумя слоями соломенных подкладок, ролик подушки с шелухой, стеганое одеяло, ширма в углу с «удобствами» и тазик для умывания на табуретке.