Не прошло и часа, как в покои императора постучалась старшая наложница.
— Ваше величество, к вам супруга Сюй, — доложил евнух.
Я спряталась за занавеской, рядом напряженно сопел Тьенхэ.
У постели принца мы оставили обеих моих служанок и Юйшана. Мимо них никто не пройдет.
— Впусти, — устало повелел император.
— Мой господин, я принесла вам суп из голубя с финиками. Вы совсем себя не бережете, — мягко пожурила его наложница.
Присела в поклоне, вытянув руки перед собой и уверенно держа в них поднос с одной-единственной пиалой.
Его величество кивнул евнуху. Тот привычно вытащил серебряную шпильку, протер платочком и размешал суп, проверяя на наличие яда.
Я поморщилась.
Сомневаюсь, что он ее мыл. Гигиена так себе. Нужно будет объяснить ему поподробнее про микробов и бактерии.
Доступным языком, разумеется.
С легким поклоном евнух отступил, пропуская «проверенное» блюдо.
Наложница Сюй проплыла к постели его величества и грациозно присела на краешек. Зачерпнула ложкой варево, подула, выпячивая губы и поглядывая на императора с показной заботой.
— Попробуй сначала ты, — неожиданно предложил повелитель.
— Ч-что? — ложка дрогнула, содержимое пролилось обратно в пиалу.
— Попробуй, не горячее ли, — невинно пояснил его величество.
И выжидающе уставился на наложницу.
Госпожа Сюй нервно сглотнула.
— Дорогой супруг, я не смею прикасаться к вашей еде, — попыталась она выкрутиться.
Ясно, внутри нечто ядреное, что проберет сразу же.
В прошлый раз императора травили постепенно, гомеопатическими дозами. На этот раз решили расправиться одним махом.
На самом деле проверка серебряной шпилькой не так уж и надежна. Мышьяк разве что определит или кислоту какую. Однако тот же цианид или аконит не реагируют с серебром, а значит, не поддаются выявлению.
— Ничего, я тебе доверяю, — вопреки сути фразы, прозвучало угрожающе.
Стало понятно, что если наложница не попробует суп добровольно, его в нее вольют силой.
Губы госпожи Сюй задрожали.
Мне ее, если честно, было даже немного жаль.
Несмотря на всю свою пакостную натуру, она искренне любила своих детей и желала для них лучшей доли. Самой лучшей, в смысле — трона. А еще почитала своего отца, чтои вкладывал эти мысли ей в голову с того самого момента, как юную невинную девицу призвали во дворец.
Мол, борись за трон, принеси семье честь.
Она и старалась как могла.
— Император…
— Пей! — рявкнул отец.
Даже я дернулась. Тьенхэ успокаивающе сжал мое плечо.
Наложница Сюй отшатнулась, обжигающе-горячий суп выплеснулся ей на платье.
— Ох, все пролилось! Я новый сделаю! — она подхватилась и вылетела за дверь стрелой.
Мы с генералом выбрались из-за занавески и переглянулись с императором.
— Теперь начнется, — констатировал Тьенхэ.
И не ошибся.
Началось все ближе к вечеру.
Передвижения личной императорской гвардии на первый взгляд совершались по обычному графику. Если не обращать внимания на людей.
Я не успела изучить всех стражей в лицо, полагалась в этом на супруга. А он то и дело трогал меня за локоть — условный сигнал о том, что и этот человек из новых, набранных недавно.
Тех, кто поступил в охрану дворца из частных войск аристократов.
Семьи Сюй и Нань готовились к перевороту.
После того как покушение на его величество не удалось, они решили действовать напролом. Быстрее, пока наследника не похоронили и не назначили нового, которого вновь придется устранять.
Лучше уж взять императора в заложники и заставить подписать указ о назначении «правильного» преемника.
Как и положено в дораме, произошло все торжественно и показушно.
Лун Нань распахнул двери тронного зала прямо во время заседания министров и промаршировал к трону в сопровождении внушительного отряда.
— Что здесь происходит? — поинтересовался император, притворяясь идиотом.
— Второй принц мертв. Страна осталась без наследника. Император утратил благословение небес, а значит, пришла пора сменить династию! — зычно провозгласил мятежный генерал, обводя суровым взглядом министров.
Те зашушукались.
Стать тем, кто первым отвернется от повелителя, не хотел никто. Но и умирать прямо здесь и сейчас — глупо.
Солдаты ощетинились мечами, добавляя весомости сказанному.
— Остановитесь, предатели! — рявкнул, выходя вперед, министр Ву.
Я затаила дыхание.
Когда предупреждала дядюшку о готовящемся перевороте, не думала, что он решит поиграть в героизм. Скорее намекала, чтобы он дома отсиделся или держался подальше от опасности. Все-таки родственник.