Я покорно наклонил голову, и сказал примирительно:
— Лера, я — дурак и несчастный человек. Дай мне время, и я справлюсь. Ты же знаешь, у меня это всегда отлично получалось.
Она помолчала, потом повернулась ко мне и сказала:
— Знаешь, я не могу на тебя долго сердиться. И вообще, ужасно рада, что мы встретились. — Лера приподнялась на цыпочки и поцеловала меня, правда, вполне по-дружески. — Чувствую себя, как Золушка на балу. В знак примирения можешь принести мне мороженое.
Она уселась на парапет, болтая ногами, а я послушно пошел за мороженым. Черт, и как ей удается всегда взять надо мной верх?
По дороге я наткнулся на отца, он о чем-то разговаривал с Михаилом Исааковичем и тетей. Он неодобрительно посмотрел на меня и на вазочку с мороженым в моих руках.
Я вернулся к тому месту, где оставил Леру, но не увидел ее. На парапете лежала ее шелковая шаль с длинными кистями.
Я мрачно подумал, что логичнее было бы оставить туфельку. Оглядевшись, я увидел, что Лера стоит рядом с Сергеем. Я ринулся к ним. Подходя, услышал, как она спросила:
— Поэтому ты и был такой сердитый эти дни? А я ломаю голову, чем не угодила...
Сергей покаянно наклонил голову:
— Прости. И что бы ты подумала на моем месте?
Она задумчиво протянула:
— Не знаю.
Неожиданно на меня налетела Ксения. Она увидела у меня в руках вазочку, обрадовалась:
— Игорь, я как раз хотела мороженого! Духота — ужас какой-то. — Мне показалось, что она чем-то сильно взволнована. — Давай отойдем в сторону.
Ксения потянула меня к скамье, окруженной цветущими олеандрами в кадках. Присев, она неожиданно сказала мне:
— Знаешь, я обдумала то, что ты мне сегодня говорил. Может быть, нам и в самом деле не надо спешить со свадьбой.
Я наклонил голову:
— Если ты имеешь в виду мои отношения с Лерой... Прости, что я сделал тебя невольной свидетельницей этого нелепого разговора. В общем, это простое недоразумение. Не бери в голову, ладно?
Ксения помолчала и твердо сказала:
— Знаешь, я догадываюсь, что Андрей, твой брат, считает меня охотницей за богатыми мужиками. Поверь, будь я такой, я ни за что не выпустила бы тебя. Но, кажется, я для себя сегодня кое-что поняла, так что ... В общем, я видела, как ты смотрел на нее.
Я вяло промямлил:
— Зря это все, понимаешь? С ней рядом другой парень, у них все хорошо. Да и, честно сказать, Лера мне никогда не давала возможности проявить к ней какие-то другие чувства...
Она неожиданно напряглась:
— С чего ты взял, что у них все хорошо? Мила рассказала, что они просто живут в соседних квартирах. К тому же, совсем недавно.
Я засмеялся:
— Послушай, у меня от нашего разговора странное впечатление, что ты...
Ксения перебила меня:
— Я не подталкиваю тебя к другой девушке, если ты это имеешь в виду. Я просто хочу ясности в наших отношениях. И ни за что не соглашусь испортить тебе и себе жизнь неудачным браком. Давай притормозим, ладно? У нас еще будет повод объявить о свадьбе.
— Но как же родители? Я говорил с мамой и отцом...
Ксения покосилась на меня:
— Кажется, твой папа догадается, почему мы вдруг решили повременить с оглашением.
Я виновато улыбнулся:
— Ксения, ты — просто ангел! Если я вообще когда-нибудь женюсь, надеюсь, это будешь ты.
Наш разговор прервали взрывы фейерверка. Мне показалось, что Ксения испытала облегчение оттого, что к нам присоединились Алла с Андреем и разговор можно было не продолжать.
Мы подошли к парапету. Свет в здании погасили, и взрывы петард и ракет причудливо освещали лица зрителей.
Я заметил неподалеку от нас Леру и Сергея. Они стояли близко друг к другу, и я все-таки почувствовал укол в сердце.
Детей увезли раньше, ближе к двум часам ночи отъехали и родители. Начали расходиться и разъезжаться гости.
Обслуга ресторана помогла нам загрузить подарки и цветы, правда, в нашу машину все не поместилось, и Сергей любезно предложил свою помощь.
Когда мы подъехали к дому, на веранде горел свет, мама с тетей сидели в плетеных креслах, а отец о чем-то тихо беседовал с Михаилом Исааковичем.
Уставив всю веранду корзинами с цветами, мы с Сергеем отошли с сигаретами в сторону. Он достал из кармана изящную золотую зажигалку, и мы закурили.
Алла и Ксения присоединились к маме, а Лера поднялась на веранду.
— Владимир Георгиевич, все, наверно, устали ужасно. Я только хотела попрощаться и поблагодарить вас за волшебный бал. Мы с Данькой живем тихо и скромно, редко бываем на людях, и сегодня я почувствовала себя немножко Золушкой. — Она оглянулась на Сергея, он ей ободряюще улыбнулся, и она продолжила: — Через неделю мне выходить на работу, праздники закончатся. Но, поверьте, я долго буду помнить этот свой отпуск. И я даже рада оказии, по которой получилось так, что я, приехав продавать дачу, встретилась здесь со всеми вами.