Сергей, наконец, оставил попытки найти зажигалку, улегся и закинул руки за голову.
— Ну, не скажи. На мой взгляд, он к тебе просто-таки неровно дышит.
Я смутилась.
— С чего ты взял? Я замечаю, что ты ревнуешь меня к братьям, только напрасное это дело.
Он утвердительно кивнул:
— И к братьям, и к племяннику. Не иначе, у них это семейное.
Я укоризненно посмотрела на него, и он засмеялся. Приподнялся, притянул меня к себе и зарылся лицом в мои волосы.
— Зря я тебе это все рассказала.
— Ничего не зря. Терпеть не могу тайны и недомолвки. Угораздило меня влюбиться в такую принцессу!
Я удивилась:
— А ты влюбился?
Он вздохнул.
— Не знаю, что вы, женщины, думаете о нас, но только я-то в тебя влюбился еще тогда, у лифта.
— А чего ж молчал раньше?
— Если ты помнишь, я пытался к тебе подкатиться, но ты мне целую лекцию прочитала. Знаешь, я ведь уже не мальчик, и женские ножки, пусть даже и такие красивые, как твои, не решают вопрос. Все это время я наблюдал за тобой, присматривался. А сегодня окончательно понял, что лучше тебя не встречал, да, наверное, и не встречу никогда.
Я благодарно потерлась носом о его плечо, и он обнял и прижал меня к себе. Мне совсем не хотелось высвобождаться, а потом это и вовсе стало ни к чему.
Под утро мы все-таки переместились в мою спальню, и проснулась я рядом с Сергеем. Несмотря на то, что ночью удалось поспать всего ничего, я чувствовала себя полностью отдохнувшей. В общем, просто замечательно чувствовала.
Я потянулась, и Сергей рядом со мной мгновенно открыл глаза.
— Ты куда? — недовольно спросил он. — Хочешь сбежать?
Я счастливо засмеялась:
— Еще чего!
Он окончательно проснулся, притянул меня к себе и, стягивая простыню, начал целовать плечи, грудь.
Потом, уже после всего, Сергей лежал рядом, и я слышала, как гулко стучало его сердце. Я повернула голову и прижалась открытым ртом к его коже. Он посмотрел на меня с ласковой насмешкой:
— Надеюсь, ты хотя бы жалеешь, что столько времени потеряла зря.
Я вышла из душа. Из одежды на мне были только крошечные трусики и топ. Сергей с интересом рассмотрел меня:
— Хорошо выглядишь!
Я с опаской глянула на его длинные руки и, осторожно обходя его, вынула из шкафа джинсы и миролюбиво сказала:
— Может, поднимемся? — и уже жалобно добавила: — Есть хочу, просто ужасно!
Он кивнул:
— Я сейчас. — Сергей натянул брюки, в которых вчера был в ресторане и огляделся по сторонам: — Черт, где моя рубашка?
Я не успела ответить.
В коридоре послышался громкий топот, в комнату влетел Данька. Не обращая внимания на присутствие Сергея, он завопил:
— Мама, скорее, там с Милкиным дедом что-то случилось! Пойдем, сама посмотришь! Из окна нашей комнаты видно, что он там, у себя в кабинете, лежит на полу! И свет горит!
Сергей подхватился, подтолкнув ко мне Данила, пробормотал на ходу:
— Придержи-ка его, я быстро.
Как был, в одних брюках и босиком, он слетел по лестнице вниз. Мы с Данькой, опомнившись, кинулись за ним.
В доме Тобольцевых еще спали, учитывая наше позднее возвращение. Во всяком случае, было тихо. После вчерашней бури все сияло. Крупные капли росы, еще не высохшие на листве, сверкали в лучах солнца.
Калитку между нашими домами он оставил распахнутой настежь, и мы беспрепятственно прошли в сад Тобольцевых.
И сразу же наткнулись на Сергея. У него было такое мрачное лицо, что сердце у меня сразу рухнуло куда-то в живот.
Он сердито сказал:
— Вы чего тут? Уведи Данила, нечего ему тут делать. Я пойду, разыщу Андрея и Игоря. А ты побудь с детьми.
Я схватила его за руку:
— Что там? Все так плохо?
Он кивнул:
— Хуже некуда.
Я промямлила:
— Я знаю, как с веранды открыть вторую дверь в кабинет. Давай войдем, может, он жив еще? Надо, наверное, вызвать врача?
Он посмотрел на меня, как на неразумного ребенка и подвел к калитке:
— Думаю, врач тут мало поможет. Лера, кто-то разворотил ему выстрелом всю грудную клетку. И ходить тут лишний раз не надо, может, следы какие остались. Пусть менты разбираются.
Нас попросили никуда не уходить, и весь день мы провели на веранде.
Сергей молча лежал на диване. Я заметила, что он о чем-то надолго задумался. Со мной он был рассеянно-нежен.
Я подумала, чем бы себя занять, и взялась готовить обед. Дети сегодня тоже непривычно тихо вели себя. Даже их компьютерная стрелялка сегодня молчит.
У соседей тоже тихо. Только к воротам то и дело подъезжают машины. Это не успевшие разъехаться гости, узнав о несчастье, идут и идут выразить молчаливое сочувствие родственникам. Проход во двор от самых ворот заставлен корзинами с цветами. Пришедшие тихо перешептываются, постоят и уходят.