Честно говоря, для нас с Энни до сих пор оставались секретом причины такого выбора отца. Когда не стало мамы, он был вполне искренне убит горем, он в самом деле сильно любил её. И нас любил тоже. У нас были самые лучшие родители на свете - до того дня, когда несчастный случай отнял у мамы жизнь, и в тот миг смысл существования отца, похоже, угас вместе с нею. Что было потом, я не захочу вспоминать до конца своих дней. Кажется, отец сильно пил, но от нас это скрывали. Нас на долгие месяцы увезли в поместье Рейнервилль, пригласив для воспитания няню. Мы чувствовали себя сиротами, брошенными, потерянными... нет, мне в самом деле совсем не хочется вспоминать всё это.
Потом, спустя пять лет после смерти мамы, отец совершенно неожиданно вновь женился. Мы были уже совсем взрослыми - нам минуло семнадцать, но даже тогда мы не в силах были понять его мотивов. А отец, разумеется, не собирался объясняться перед нами.
Так или иначе, вот уже три года мы жили этой странной семьёй: отец, чужая женщина, видевшая в нас с Энни своих соперниц, и мы. Двое. Самые близкие, самые неразлучные существа во всём мире. Мы клялись всегда, что бы ни случилось, быть на одной стороне, всегда поддерживать, всегда защищать друг друга...
Ужин так и окончился в молчании, а поднявшись наверх, Энни без лишних промедлений увязалась за мной в мою комнату и предложила начать читать рукописи. Я подумала, что отказ прозвучит странно, и потому согласилась, однако, устроившись на кровати бок о бок с сестрою, опустила увесистый томик на колени и обернулась к Аннабель.
- Ты и впрямь простила меня? - спросила тихо.
- За что?.. Ах... за то, что ты чуть не довела меня до нервного срыва? Что ж, да. Считай, простила.
Аннабель потянулась к обложке ветхого журнала, но я накрыла её пальцы ладонью.
- Как ты, Энни?
Сестра непонимающе воззрилась на меня.
- Отлично. Сыта. Здорова. Что именно тебя интересует? - сарказма внутри неё, похоже, скопилось столько, что он выплёскивался в каждой её фразе независимо от смысла.
- Я не видела тебя столько времени. Я имею в виду... видела, но мы не говорили. По-настоящему. Как раньше, помнишь?
Аннабель фыркнула.
- Как раньше? Спрятавшись под одеялом и веря, что нас никто не услышит?
Я невольно улыбнулась воспоминаниям.
- И так тоже.
Аннабель, казалось, немного смягчилась.
- Ну, и о чём же ты хочешь поговорить?
- Обо всём. О том, как ты живёшь там, в Ордене...
- Ты могла бы знать об этом не понаслышке, если бы жила там со мной.
- ...о том, как с тобой обращается Совет, и в особенности Кэллиш, о том, насколько сильно я навредила тебе вчерашней затеей.
- Кстати, о вчерашнем. Какого дьявола тебе потребовалось идти на подобное безумство ради этого хлыща?
- Он помог мне найти рукописи.
- И что?
- И... он помог мне, Энни. Неужели после этого я могла оставить его в ваших жутких темницах?
Аннабель непонимающе передёрнула плечами.
- Сандерс - ничтожество. Он помог тебе ради очередной кучи денег, ты же зачем-то рисковала собой ради него. И в самом деле - зачем? Если бы ты просто принесла рукописи в Орден, они бы отпустили его так же быстро.
- Если бы я принесла рукописи, они бы отняли их у меня в то же мгновение.
- Ну, они же согласились дать нам время, чтобы ты могла самостоятельно убедиться в их намерениях. И в том, что никто в Ордене не собирается убивать тебя, - многозначительно добавила Аннабель, бросая на меня выразительный взор.
- Может, убивать и не собираются, но использовать - точно. И, Энни, я имею право знать, как именно они хотят это сделать. Я имею право на добровольный выбор.
- Ну, разумеется, это так, Мэнни. И может быть, когда ты убедишься, что за тобой гоняются уже который месяц, чтобы предложить тебе корону на золотом блюдце, ты наконец перестанешь упрямиться. А теперь, чтобы не тратить ещё больше времени попусту, может, приступим наконец к рукописям?
Я не стала возражать, чтобы мои попытки отвлечь сестру не выглядели слишком уж явными. Впрочем, лишь открыв первую страницу, Энни досадливо скривилась.
- Не может быть! Это, что, илай?
Я невесело кивнула, скрывая улыбку.
- Он самый.
- Чёрт побери!
- Энни, - укоризненно взглянула я на сестру. - В конце концов, выбирай выражения. В последнее время ты изъясняешься, как какой-нибудь портовый грузчик.