Я не стал настаивать. Отпустил её плечи, откинулся назад и уставился на неё с беззаботным интересом, хотя от выбранного ею слова ощутимо кольнуло обидой.
- Неправильно?
Она посмотрела на меня виновато.
- Вы понимаете. Я не могу позволять себе... подобное. С вами.
- А не со мной? - невозмутимо уточнил я, хотя теперь внутри заклокотало досадливо и уязвлённо.
Аманда вконец смутилась.
- Джер... я...
- Подумать только, - презрительно бросил я, не в силах совладать с раздражением, - и вы ещё смели обвинять меня в высокомерии.
Аманда пристыжённо вскинулась.
- Джер!.. Дело вовсе не в вашем положении или... - она замялась, и эта пауза отозвалась во мне мрачной тяжестью. Что ещё она хотела назвать среди моих "вовсе не"?.. Деньги?.. Но Аманда осеклась и начала заново: - Поверьте, я безмерно ценю вас, и уважаю, и больше того... я доверяю вам. Но я... - она прерывисто вздохнула, - Джер, поймите, я не могу. Сейчас всё в моей жизни перевёрнуто с ног на голову, однако я смею надеяться, что когда-нибудь всё уладится, и тогда... - она вновь запнулась.
- Тогда в этой вашей жизни больше не найдётся места для меня, - криво усмехнулся я, стараясь заглушить неожиданную тоску внутри. Да что со мной такое?..
Аманда посмотрела на меня удивлённо.
- Отчего же? Конечно, найдётся. И для Акко, и, разумеется, для вас как бесценного друга...
Я сдавленно хохотнул.
- Друга! Помилуйте, Аманда... неужели вы не понимаете, что дружба - вовсе не то, чего я хочу от вас?
Чёрт!.. "А чего вы хотите?" - этот вопрос сам собой напрашивался вслед за моими бездумно брошенными словами. Но ответить на него я не смогу - по крайней мере, так, чтобы ответ оказался честным и приемлемым для Аманды. Впрочем, она оказалась не так наивна, чтобы спрашивать о подобном.
- То, чего вы хотите, я не могу вам позволить, - тихо, но категорично отрезала она, не глядя в мою сторону.
Вот так - не может позволить. Я отвернулся, раздосадованно поджимая губы. Что ж, по крайней мере, у неё достало смелости сказать прямо, а не увиливать и играть, как это обожают делать женщины. Они ведь всегда всё усложняют, полагая, будто мужчины обязаны регулярно и безошибочно расшифровывать их туманные намёки. А потом, за их "очевидными" подсказками, сразу следуют претензии - середины, как правило, нет.
Однако Аманда говорила ясно и прямо, с присущей ей рассудительностью, без жеманства или деланой оскорблённости - и будто в ответ на это мне тоже не хотелось играть с нею. Я желал добиться её без всякого обмана, без лести и шаблонных уловок; не просто добиться, но завоевать её - честно. Странное ощущение. Наверное, именно здесь лежит граница между желанием обладать женщиной и стремлением заполучить себе её всю... завладеть не только телом, но и душой. Вот только как случилось, что я хочу всего этого от Аманды?..
Нарочито громкий хруст ветвей под чешуйчатыми лапами прервал и нашу неловкую беседу, и мои странные размышления. Акко возвратился, волоча по земле пару пойманных зайцев, которых я не замедлил опалить, разделать и посадить на самодельный вертел. К тому времени, как мясо поджарилось и аппетитно запахло, лес вокруг уже притаился в занимавшихся сумерках.
- Как только стемнеет, отправимся в место, где можно будет заночевать, да и вообще остаться на пару дней. Там безопасно.
- Что за место? - спросила Аманда, внимательно, но без тревоги. Что ж, может быть, она и впрямь доверяла мне, как утверждала недавно.
- Увидите, - ответил я неопределённо и протянул ей кусок поджаренного мяса. - А пока есть время - ешьте. Неизвестно, с чем ещё нам придётся столкнуться впереди.
Как это ни странно, но столкнуться не довелось ни с чем, кроме мерзкого ледяного ветра и колючей мороси дождя. Пользоваться поездами мы не решились, и потому пришлось смириться с буйством непогоды, пока верный и неустанный Акко уносил нас прочь от Виндсхилла. Он летел так низко, как только возможно, и его крылья едва не касались вершин деревьев, проносившихся прямо под нами. Аманда, вновь замёрзшая, куталась в плащ и плотнее обнимала Акко за шею; я же, сидя позади, надеялся, что у меня получалось хоть немного согреть её теплом своего тела.
Вспомнилось, как мы летели так впервые: она, перепуганная преследованием Ордена, запутавшаяся в союзниках, и я - ещё не знавший её тогда, расчётливый, равнодушный ко всему, просто выполнявший очередную работу. Как же иначе всё было теперь.
- Аманда? - позвал я, и она слегка повернула голову, показывая, что слышит. - Сильно замёрзли?
Она качнула головой.
- Продержусь ещё какое-то время.