Она сидела на диване, подтянув колени к груди и обвив их тонкими руками. Голова опущена, глаза закрыты - казалось, она просто спит, вот только неровное дыхание выдавало её. Оно, и ещё рукопись, брошенная на пол, будто ненужный хлам. Просто старая пожелтевшая груда бумаги.
Я подошёл ближе и присел рядом. Аманда подняла ресницы. Слёз, которых я почему-то ожидал, не было в её глазах; впрочем, там не оказалось вообще ничего - только какая-то совершенная опустошённость.
- Ничего нет, Джер, - прошептала Аманда, словно повторяя мои мысли, и я не сразу понял, о чём она говорила. - Рукопись - бессмыслица. Пустышка. В ней нет никакого ответа.
Я огладил её плечи.
- Вы уверены? Может, вы его не разглядели?
Аманда обожгла меня взглядом.
- Я слепа или глупа - что из этого вы хотели сказать?.. - привычная рассудительность всё-таки изменила ей, уступая место обычной женской импульсивности.
- Перескажите мне содержание, - попросил я невозмутимо.
Аманда передёрнула плечами.
- Всё то же, что и раньше. Опыты. Попытки очистить яд, смешать его со всем на свете... Записи не заканчиваются каким-нибудь открытием или озарением, Джер. Они как будто бы вообще не заканчиваются. Я бы решила, что должен быть ещё один том, если бы только не эта странная приписка.
Аманда вдруг соскользнула с дивана и, подхватив рукопись, вновь опустилась рядом со мною. Пролистнула пустые страницы в конце и ткнула пальцем в аккуратные, ровные строки. К моему удивлению, запись оказалась сделана на понятном мне языке. Почерк не принадлежал Джону Боуфорду, но всё же казался знакомым. Однако я так и не догадался, кто стал автором заключительного послания, пока не начал читать.
"Законы Богов существуют для всех, даже если кто-то считает, будто имеет право вознести себя выше. Такая гордыня карается нещадно, рано или поздно, так или иначе. Мой муж, Джонатан Джеймс Боуфорд, возомнил себя одним из Высших, он поставил безжалостный эксперимент над женщиной, которой клялся в любви, он наградил собственного ребёнка неисправимым проклятием. Расплата пришла скоро: он наблюдал моё исцеление, но не смог отыскать его для себя. Он погиб ужасной смертью от своего же тщеславия. Задумайтесь об этом, вы, читающие эти строки, задумайтесь, прежде чем пойти по его стопам.
Если же вы ещё не убеждены сказанным мною, знайте следующее. Тайну своего исцеления я унесу с собой в могилу. Дьявольские составы, подробно описанные в этих журналах, больше не способны причинить вред ни мне, ни моим потомкам. Вы же, прочие, жаждущие власти Высших, польстившиеся на богопротивную силу, поддавшиеся непростительной гордыне - вы обречены на погибель. Для вас нет исцеления, нет пощады. Вы умрёте жестокой смертью. Скоро. Неизбежно.
Кровь моих потомков не способна исцелить вас. Разумеется, вы не поверите - вы решите, я обманываю вас, чтобы защитить их. Что ж. Очень скоро вы убедитесь в этом сами. Наша кровь - не ваш святой грааль. Она - спасенье лишь для её носителя.
Ответ кроется совсем в другой стороне. Он на удивление прост - однако вам всё же не отыскать его, ибо вы лишены чего-то очень важного в жизни. Самого важного. Вы не знаете любви. А ведь именно в ней - исцеление".
Я закончил читать и медленно, ошеломлённо поднял глаза на Аманду.
- Что всё это значит?
Она печально пожала плечами.
- Если бы я только знала.
Я вновь уставился на аккуратные строки, пытаясь найти в них подтекст, подсказку, скрытый смысл. Он должен был найтись - зачем иначе прабабка Аманды сочиняла ту сказку, приведшую нас в лабораторию через древние подземелья?.. Зачем, если не на случай, когда за кровью её потомков откроют охоту и им понадобится спасение?..
Лишь потом до меня наконец дошло. "Наша кровь - не ваш святой грааль. Ответ в другой стороне".
- Она думала, это спасёт вас, - проговорил я тихо.
- Что?..
- Её заверения в том, что ваша кровь никак не связана с разгадкой. Чёрт возьми, но если ответ действительно был, неужели она не могла просто написать его здесь?! - в отчаянии я хлопнул ладонью по ветхим страницам. Тяжелый том вздыбился, и на миг мне показалось, я заметил что-то странное. Забрав книгу из рук Аманды, я перегнул её пополам, как можно сильнее вскрывая корешок. Из-за плотной обложки, скреплявшей три журнала, полностью обнажить переплёт не получалось, но и этого оказалось достаточно, чтобы увидеть.
- Здесь вырваны страницы, - подтвердила Аманда уже и без того очевидное. - Кто-то изъял последние записи. Но кто это сделал?.. Она?..
- Скорее всего.