- Так вас зовут друзья?
- У меня нет друзей. И не пытайся заговорить мне зубы, я жду ответов. - Сказал он, с льющей через край требовательностью.
Значит клыкастенький привык получать все на блюдечке с золотой каемочкой. Какие же у вас секреты господин Менелтор?
- А что именно вы хотите услышать? У вас секретов не меньше, чем у меня. И ваши скелеты в шкафу в отличие от моих имеют острые клыки и волшебную палочку.
Я дразняще провела пальцем по волевому подбородку. Менелтор увернулся от моего жеста и поднял нас на ноги. Его тщетные попытки прикрыть мою наготу, тем что осталось от платья, вызывали у меня смех.
- Не боитесь, что вас застукаю с вашей кузиной? - Съехидничала я, прикрывая грудь остатками корсета. - Или же с вашей покойной служанкой. Ах, ну да вы же колдун. Вы же запудрите всем мозги. Только сколько это будет продолжаться?
Граф изменился в лице и в одно мгновение его рука сжалась на моей шее. Моя спина снова оказалась вжатой в стену, только в этот раз поцелуя не последовало.
Придерживая одной рукой корсет, а другой жесткие пальцы графа, я прохрипела.
- Ты не посмеешь причинить мне вред. Алый граф узнает об этом...
- Плевал я на алого графа! - Взревел Менелтор, являя свое истинное обличие. - Ты простая дворянка, ворвалась в мою жизнь и решила, что игра будет идти по твоим правилам? Все твои игры — это фарс, который развеется на балу. - Мужчина усмехнулся уголком рта. - Да ты даже до черного замка добраться не сумеешь. Ты же простая девчонка, нестоящая ровным счетом ни капли внимания Эривана.
- Такая уж и простая? - Настал мой черед смеяться. Выходило плохо, ведь меня как никак слегка придушили, но все же положенный эффект это произвело.
- Что ты имеешь ввиду? - Зло щуря глаза спросил граф.
- Я принцесса Нориэлла, дочь короля Триспенна.
Как по щелчку рука графа разомкнулась, пуская воздух в горящие легкие. В приступе толи паники, толи истерического смеха, он вцепился руками в волосы и отскочил от меня как от прокаженной.
Его глаза до последнего смотрели на меня с неверием, но постепенно в них загорались огни осознания. Безумный смех еще мгновение отражался от черных стен, но на смену ему вновь пришла тишина.
Шах и мат.
- Ты...почему ты... - Хрипел граф хватаясь за лоб и отходя к одному из зеркальных окон.
- Почему сразу вам не сказала? - Завязав обрывки платья, я направилась следом за ним. - А как бы вы поступили на моем месте? Ах да, я забыла. Вы же околдовали меня граф, неужели для меня это было важно? И разве это было важно для вас? - Я подошла к нему вплотную и замерла в ожидании ответа.
- Что ты натворила? - Менелтор вцепился в мои плечи и встряхнул меня, как перьевую подушку. - Что ты наделала ведьма?!
- И не стыдно вам называть меня ведьмой? - Вздернула брови я. - Хотя даже если так, в моей стране заниматься магией не является преступлением против короны.
- Замолчи! - Взвыл Менелтор, отпуская меня и усаживаясь на подоконник. - Хватит! Не желаю тебя больше слышать. Мне нужно подумать...
- Думать надо было раньше граф. - Продолжила давить на него я. - К примеру той самой ночью, когда вы загипнотизировали девушку в ее собственном дворце.
- Ты не понимаешь! - Менелтор схватил меня за руку и потянул на себя. Не удержав равновесия, я села к нему на колени, обхватив руками сильную шею. - Из-за тебя может начаться кровопролитная война. За простую дворянку король Триспенна лишь пошумит на границах, но за свою дочь он направит целое войско к черному замку.
- Из-за меня?! - Рыкнула я в наглое лицо. - Из-за тебя!
Тор схватил мою руку и поцеловал пальцы, при этом хищно облизнувшись.
- Ты дала мне идею. Мон шэр. - На его лице отобразилось облегчение и коварный замысел. - Ты отправишься на бал и изобразишь мою кузину. Так выиграем мы оба.
- С чего это ты решил, что я буду тебе помогать? - Я вырвалась из захвата и поднялась на ноги.
- С того, что я лишил принцессу чести. Да и обратил вдобавок. - Граф невесело усмехнулся и отвел глаза.
- Ты чего?! - Вытаращила глаза я.
- Я сделал тебя подобной себе.
Надеюсь, его характер и манера портить людям жизнь не передается с укусом? А то туго мне по жизни придется. По графу Менелтору можно писать картину под называнием “Эгоист-и-Меркантильный-трус”. Последующее его предложение, подтвердило этот статус.