Я слегка сжала ладонь и сделала несколько медленных движений, от чего граф стал дышать глубже. Мне захотелось большего, я жаждала, чтобы он утонул в волнах удовольствия, полюбил меня. Его рука легла мне на голову и подтолкнула вперед. От мыслей, что я сейчас сделаю нечто, что не подобает делать принцессам, внизу живота стало горячо. Я не слышала ничего кроме биения собственного сердца, когда плавно поднесла губы к влажной вершине.
Стоило обхватить ее губами, как Тор громко вздохнул, подталкивая мою голову вперед. Меня заполнило до предела. И если бы не новообретенная способность обходиться без воздуха, я бы залилась пронзительным кашлем.
Все было иначе, чем я представляла. В этом не было ужаса и брезгливости. Это было сладко, томно, прекрасно. Я плавно водила головой, иногда делая круговые движения. Внутри меня все горело. А от взявшей меня за голову руки, внизу живота взрывались маленькие салюты.
Его рука вжала меня до предела и отпустила. Я вернулась гладкой вершине, плавно водя по ней языком. Из груди Тора вырвался хриплый стон, и он намотал мои волосы на кулак.
Он снова погрузился в меня и теперь я сама ритмично ласкала его. Мои руки водили по его сильным бедрам, без устали хватаясь за прекрасные ягодицы. В моей голове врывались фейерверки, а мысли летели сплошным потоком.
Я теряла реальность. Каждый толчок вбивал меня в темноту, уносил прочь. От стонов мужчины я возбудилась до предела, я хотела, чтобы он взял меня самым грязным способом. Мне было плевать на последствия, что моя жизнь летит к чертям. Плевать на войну и на вынужденный брак. Мне было плевать, что сердце мое принадлежит другому и то, что Тор просто использует меня.
Я просто не могла противостоять его животному магнетизму. В моей голове стояли образы, то чувственное волнение, когда я увидела его впервые. Его профиль, его губы и наконец цветок, что он мне подарил. В этом жесте та наивная и невинная я увидела нечто большее. Я жалела, что это была ошибка, но не могла отступить. Я не могла так просто отпустить его, зная, что больше не увижу.
Легкая пощечина и я возвращаюсь в реальность. Мой рот заполняло что-то горячее и безумно личное. Я ощутила терпкий мужской запах и меня забило мелкой дрожью. Я смотрела ему прямо в глаза, ненасытно и бессовестно, трепеща всем существом перед его красотой.
Тор поднял меня на ноги и развернул к себе спиной. Мои ладони уперлись в туалетный столик, и я выгнулась дугой. Мое тело разрывалось от его поцелуев и таяло от горячих пальцев. Я умоляла его взять меня, извивалась как дикая кобра, виляя бедрами как мартовская кошка.
Кувшин с водой полетел на пол. Тор стал входить в меня резкими и жадными точками. Каждый его вход сопровождался толи шлепком, толи поцелуем. Это было что-то неописуемое, дикое. Я слышала его тяжелое дыхание и едва сдерживалась, чтобы не закричать от удовольствия.
Мы были одним целым, и злость на вампира угасла в волнах удовольствия. Все, что я могла делать - это ненавидеть себя за эту слабость. За то, что позволила ему, за то, что поддалась сама. Но разве можно остановить экстаз собственного тела, когда оно не желает тебе повиноваться?
Его укусы, поцелуи, царапины. Он рвал меня как дикий зверь, жадно вколачиваясь внутрь. Из моих губ вырвался крик, но его заглушила горячая ладонь. Вторая рука схватила меня за талию, лишая возможности вырваться. Меня сводило безумной судорогой, я безмолвно кричала и извивалась на лакированном туалетном столике, ощущая, как в меня извергается горячий поток.
Тор отстранился, а меня все еще скручивало в экстатических конвульсиях. Удовольствие было столь сильным, что его излишки встали комом в горле. Я хочу, чтобы он вернулся, обнял, дотронулся до меня. Да разрази боги это место, если он не поцелует меня!
С трудом открываю глаза и борюсь с тяжелыми вдохами. Мои руки свело от напряжения, а ногти оставили несколько царапин на гладкой мебели.
- Тор. Говорю еле слышно. - Где портрет моей матери?
Слышу, как он одевается. Медленно не спеша, будто не было, между нами, ничего запретного.
- Зачем он тебе? - Слышу самодовольную усмешку. - Теперь у тебя есть я.
Злоба окатила меня с ног до головы. Ненависть к этому вампиру вернулась. До боли стиснув зубы, я разворачиваюсь к нему. Я ожидала увидеть, что угодно, только не его спину.