- Он решил присвоить себе всю силу!
- Он хочет один владеть Триспенном!
Начались беспорядки. Граф Эриван взял меня за руку и увел через черный ход. Прямо на выходе я встретилась глазами с графом Менелтором и сказала одними губами:
- Почему?
Ответов я так и не увидела. А стоит ли их вообще искать? Я давно не понимала логики этого вампира, да и не было больше желания ее понять. Портрет матери он мне так и не вернул. Просить у графа Эривана помощи в этом плане не хотелось. Он и так многое для меня сделал, а самое главное простил мою глупую ложь.
Пройдя по тайному ходу, мы вышли прямиком к покоям графа Эривана. Морально я была готова к побегу. Потому зайдя в просторную комнату, я принялась снимать алмазное платье.
- Нориэль? - На выдохе сказал Эриван.
Я замерла с расстегнутым корсетом, молча смотря на обеспокоенного вампира.
А мы бежать не будем? Вот незадача, ведь я уже разделась.
- Граф Эриван... - Захлопала глазами я.
Толи это мышка между нами пробежала, толи промелькнула искра. Но мы сцепились, как два магнита. Мы столь резво бросились на встречу друг другу, что от удара у меня скрутило живот.
Его пальцы зарылись в мои волосы и притянули к себе, позволяя целоваться так яростно, если бы завтра насупил конец света.
- Ты самый сладкий пирог в моей жизни.
- Тогда, может попробуешь начинку. - Выдохнула я ему в рот и продолжила яростно отвечать на поцелуй.
Перестать прикасаться к телу Эривана было для меня равносильно смерти. Я всей душой жаждала этого вампира. И самым приятным было то, что во время наших коротких передышек я видела в его глазах взаимность.
Эриван резко прижал меня к себе, и я ощутила разрывающее его на части возбуждение. Оно сводило меня с ума, его твердая плоть, натягивающая брюки, заставила меня страстно прикусить его язык.
- Ты горячая.
- Я могу больше.
Я и правда могу. С ним я могу все. И сейчас я больше всего на свете жалела, что он был у меня не первым. Это было космически бесподобно. Это было богоподобно, черт разори его клыкастую пасть, она сводит меня с ума!
- Прекрати. - Взмолилась я, ощущая, что его укусы за мои соски доводят меня до умопомрачения.
Меня опрокинули на мягкую кровать и упали сверху. Все, что я успела сделать это ойкнуть, под многообещающим голубым взглядом.
- Это будет долго. Сладко. - Прорычал Эриван. - Мучительно сладко. Постарайся продержаться.
Я вонзила свои новообращенные когти в его спину, разрывая рубашку.
- Это... ты... продержись... - Эриван нещадно вырвал воздух из моей груди своими ласками-пытками.
- Ты самая горячая женщина из тех которых мне довелось видеть. - Его губы прошлись вдоль ложбинки уходя к разгоряченному животу.
- А... у тебя их было так... много?
- Достаточно, чтобы понять, что ты лучшее, что со мной происходило.
- Это...потому что... я принцесса...
Что-то острое тонкое вошло внутрь меня, и я вцепилась руками в мужские плечи. Его язык проникал внутрь, изводя своими движениями. Горячее дыхание лишало последней воли заставляя виться как уж на сковородке.
- Еще... еще... еще! - Кричала я, водя ногами по шелковым простыням.
На сколько он хорош! В жизни не подумаю, что кто-то страдал от близости с ним.
Эриван оторвался от моих чувствительных маленьких губок и целуя каждый сантиметр моего живота поднялся к шее. Услышав мой разочарованный стон, он рассмеялся и намотал мои волосы на кулак.
- Ты хоть раз делала это в гробу?
Я выпучила глаза, ища в лице графа долю шутки. Только, что он лишил меня самого прекрасного оргазма в моей жизни, а теперь, когда я готова согласиться на все, что угодно зовет меня в гроб?
И что значит: ты хоть раз это делала?! Я не настолько испорченная!
Начинаю дуться, но Эриван впился в мои губы с такой жадностью, что у меня все поплыло. В следующее мгновение кровать подомной исчезла, и мы свалились на мягкие подушки гроба. Вампир хищно нависал надомной.
Я не успела даже рта открыть чтобы возмутиться, как его горячие пальцы скользнули по пояснице и сжали ягодицы.
- Прошу... - Взмолилась я.
В следующую секунду мой страстный вампир наполнил меня до предела. Это был самый настоящий ураган. Эриван кусал меня и нещадно пил кровь, где ему только заблагорассудится. Его руки сжимали меня так сильно, так страстно, что я молила о перерывах дабы перевести дыхание и не провалиться в пустоту.