Наслаждение разливается по всему телу. Трудно передать весь его спектр, ведь оно такое, что слов просто не хватает для выражения эмоций.
Член Сээра пульсирует во мне. Становится больше. Я сильнее поддаюсь ему навстречу, чтобы он трахал меня жестоко, чтобы вбивался твердым копьем, заставляя кричать от кайфа, которого думала, никогда не получу.
Демон хватает мои волосы, наматывает на руку и прижимает лицом к себе, как и в прошлый раз, не давая шанса остаться без глубокого поцелуя. Он входит в меня одновременно: языком и членом. И я теряю разум. Кончаю. Вздрагиваю всем телом, привлекая палача все ближе к себе.
Где-то на подсознательном уровне мозг кричит, что поступаю неправильно, плохо
Глава 22
Он победил. Снова.
Показал, что мои слова слишком сильно отличаются от желаний тела. И знаете, мне не стыдно, нет! Разве должна я стыдиться собственных желаний, тем более предсмертных, фактически? Но, что мне обидно из-за этого — факт.
— Видишь, Леля, ты врешь сама себе. Мне.
— Будто это что-то меняет, — фыркаю и поправляю платье. — Твои планы неизменны, да? — Мой взгляд хмурый. Вообще, очень нравится показывать Императору, что я не считаю его сильным или авторитетом. Пусть он в сексуальном плане и выигрывает, но в остальном — выиграю я.
— Да. А теперь можешь поспать.
— Ох, спасибо за разрешение, мой большой Император!
— О, — весело хмыкает, будто не слышит в голосе сарказма, — так я наконец стал твоим Императором? А всего-то нужно было хорошенько заняться сексом, да? А еще говорят, что это мужчины от него зависимы. Ты, Лилиана, фактически насилуешь меня.
— Ч-ч-т-о-о-о?! — Его наглость просто не имеет границ. — Я … тебя … насилую? … Да ты совсем обнаглел, Демон?!
Пощечина. О да. Именно она. По опыту прежних отношений знаю, что это очень унизительно для мужчины. А потому, что они, эти мужчины, во всех мирах одинаковые, вот и эффект будет тоже одинаковый. Ха-ха!
— Леди Лилиана… — вот что за натура, если что не так, сразу на "Вы", и таким тоном, будто я кусок дерьма, — вы забываете, где и с кем находитесь?! То, что я позволяю вам брыкаться, не означает, что вы имеете право на что-то другое!
Дергает за проклятую веревку. Ну да, я и забыла о ней. Сильно дергает. Преднамеренно. Чтобы зацепилась. Упала. И содрала кожу на коленях в кровь. Унизить хочет. Ну и козел!
— Ты тоже забываешь, Сээр, что я, на самом деле, не обязана тебя слушать, и то, что ты несколько раз переспал со мной, не значит, что я этому рада. Вариантов просто нет. Ты или воины, выбор очевиден, правда? — Горько говорю. — Я скоро умру, так почему бы напоследок не получить миг наслаждения….
Сээр молчит, а потом делает то, из-за чего хочется его придушить. Он привязывает веревку к повозке. Что-то тихо шепчет над узлом и исчезает в темноте, выныривая рядом с очагом.
Привязал. Наколдовал что-то, чтобы не смогла развязать веревку. А ужин? Где справедливость в этом мире? А?!
Но, через минут десять, один из воинов приносит мне тарелку с едой: аппетитная ножка курицы, наверное, какие-то овощи, сыр и лакомый кусок хлеба. Даже не думала, что я настолько голодная, поэтому все исчезает со скоростью метеорита.
А потом скручиваюсь в позу эмбриона на земле, так и привязана рукой к повозке и засыпаю, успев напоследок подумать, что проклятый демон даже Айшу забрал.
******
Утро начинается с того, что боль разъедает тело. Спать на твердой земле все-таки явно не для меня. Вот не люблю я эти условия, где о комфорте только мечтаешь. Солнца на небе так и не видно. Серое небо безрадостно висит сверху, напоминая где мы. Потресканная земля выглядит как-то еще хуже, чем вчера. Возможно, дело в том, что теперь я знаю, кто там, в ней, скрывается, а возможно дело в моем настроении. Все-таки время смерти неуклонно приближается, и сбежать у меня теперь шансов точно нет.
Жаль.
Еще вчера я была готова сделать ради этого все, особенно, когда случайно познакомилась с Ирмой. А сегодня даже бежать не хочется. Знаете, наверное это то состояние, когда ты впадаешь в депрессию, и с каждым днем она все больше поглощает тебя. Да и почему бы этому не произойти? Хорошо, хоть Дашка счастлива, во дворце. Это радует. Одна из нас заслуживает счастливого финала сказки.
Сажусь, прижимаюсь спиной к повозке и растираю онемевшее тело связанными руками. Получается неважно, но что поделаешь?
Позади меня слышу шум: воины уже собираются в дорогу. Сээр раздает приказы. Апатичное настроение такой силы, что мне действительно плевать на все. Ну умру…. так это было очевидно еще в моем мире. Родители — неудачники, и дочь такая же. Выгнали на улицу, а я вопреки всему выжила еще и смогла пожить несколько лет. А теперь пришло время отплатить за несколько лет хорошей жизни. Сдохнуть и дать жизнь Сааре.
А знаете? Нет! Что-то меня такое не устраивает. Ну почему это я вдруг должна дарить свою жизнь Сааре, отдавать ее в качестве откупа, ради незнакомой страны? Если бы это ради Дашки, отдала бы, а так … нет!
Все, нафиг апатию. А то с такими темпами точно раскисну.
Бороться! Бороться! Бороться!
Что я умею лучше всего? Терять сознание рядом с Сээром.
Пришло время воспользоваться этим умением. А то этот засранец только и знает, как сводить меня с ума сексуальными желаниями, а вот остальные его не интересует. Эгоист.
Как только мысли в голове о том, что сдаваться не стоит, уверенно оседают в голове, так сразу рядом появляется Сээр. Нагленько улыбается сверкая взглядом "я-знаю-что-ты-моя-но-тебе-сужденно-умереть" и одним движением ставит на ноги.
— Никаких манер! — Рявкаю.
— У леди Лилианы нет настроения? — Хмыкает.
— Нет. А откуда ему взяться, если даже вчерашний секс оказался никаким, — отвечаю и смотрю на демона ожидая реакции. О да, дорогой, я доведу тебе до бешенства раньше, чем это сделает Долина.
Ждать долго не нужно. Глаза Императора вспыхивают от удивления, затем там появляется гнев, разочарование, и ха-ха, даже обида. Лицо становится маской, даже руку забирает, которой держал меня.
— Никаким? — Переспрашивает вкрадчиво.
— Да. — Глазки опускаю вниз, ресницами хлопаю, ручки сжимаю в кулаки, вся такая нежная и капризная.
— То есть ты не удовлетворенная? — Тон теперь вообще похож на смертельный приговор. Может зря ляпнула? Хотя нет, пусть знает, как меня обижать!
— Ну не то чтобы, но э-э-э-э-э…. — протягиваю, намекая, что конкретно ответа он не получит.
— Лилиана, я не люблю этого э-э-э-э-э, так что отвечай четко и понятно! — Резким тоном рявкает. Ага, значит обидно слышать такое. Думал, я здесь что, легенды слагать после смерти о его сексуальной харизмой, буду? Не дождется!
— Знаете, что-то плохо мне … — опираюсь на повозку и опускаю голову.
Только этот черствый гад не собирается бежать на помощь к смертнице. Нет, вижу из-под полузакрытыми глаз, как сканирует меня взглядом, а потом буркнув что-то под нос, отходит за повозку оставляя одну. Ну и козел! Прямо козлище!
Приходится еще немного постоять так, словно действительно собираюсь лапки отбросить, а затем сползти на землю. Успеваю мысленно обругать на все на свете, возненавидеть вечно грязную одежду, отсутствие ванной и вообще будущую смерть. Но долго заниматься внутренними страданиями не приходится. Сээр снова появляется рядом со мной, так и не отвязывает от повозки, пихает в руки кусок хлеба с сыром, и приказывает воинами начинать путь.
Нужно ли говорить какое удивление отражается на моем лице, когда понимаю, что я должна привязанной следовать за повозкой? Думаю нет.