— Привяжите леди к повозке и дайте поужинать, — приказывает воинам отвернувшись.
— Туалет. Мне нужен туалет! Ты думаешь я под себя ходить имею? — Кричу. Хочется взять и потрясти его хорошенько, чтобы почувствовал весь спектр эмоций, что бушуют во мне. — Тупой Император! Чтоб ты сдох! Нет! Ты же сдохнешь! Я дождусь этого момента! Слышишь?! — кричу в спину Сээра, который уже уходит. Вот просто убегает в ночь растворяясь в темноте.
Воины дают мне возможность сделать свои женские дела за повозкой и привязывают к ней с другой стороны. Суют в руки воду и пищу сочувственно разглядывая. Но мне не нужно их сожаление, мне нужна мою жизнь.
Шаала приходит после того, как сама наедается. Ложится рядом и на время прогоняет мурлыканьем плохие мысли. Так мы и засыпаем согреты друг другом. Она — явно с недовольством из-за моей скорой смерти, а я с мыслями, что завтра третий день нашего пребывания в Долине.
Эпилог
Утро в Долине начинается, как и вчера: сухая земля, серое небо, усталые лица воинов, которым уже даже лень закрывать их платками, расстроенная Шаала и истощена я. Сээр вообще будто воды в рот набрал. Не знаю почему это вдруг, у этого бездушного создания исчезло настроение. На его месте я бы радовалась: жертва на месте, почти добрались до жрецов, и совсем скоро можно будет быть уверенным, что Саара останется в безопасности. Хотя, если честно, не очень понимаю, что там ей угрожает.
Мы быстро собираемся. Повозку Сээр оставляет посреди пустыни, под одиноким деревцем с кривыми и сухими ветками, буркнув, что совсем скоро будем в храме жрецов. Все, что берется с собой — еда и лошади.
Мне сегодня везет. Ну, если вообще всю эту ситуацию со мной можно назвать чем-то хорошим. Потому что Демон везет меня на лошади, поэтому я не плетусь привязана к повозке. В голове даже появляется надежда, что каким-то образом все-таки смогу спереть мешочек с Ирмой.
Пантера же вообще потеряла настроение, аппетит и яркость золотых глаз. Если верить Айше, то часть Сээра расстроена, получается, таким положением вещей. Вот только мне с этого никакого толку, ведь некоторые тут упрямее барана и уверенно ведут меня на смерть.
Сээр
Не могу объяснить своих эмоций. Не могу понять почему боль разъедает, как думал, мертвую душу. Жаль ее, эту дикарку. Такую неправильную, смешную, веселую, живую, настоящую. Жаль, как никогда. В голове набатом стучат слова брата:
"— Арабат сказал, что проку от жертвы Лилианы не будет. Четко и ясно, Сээр! Так для чего же ты упорно продолжаешь путь в Долину? Позволь себе влюбиться! Ты только посмотри! Вы идеальная бешеная парочка.
— Я не ты, чтобы влюбить в чужестранок. — Отрезаю металлическим голосом, даже не обращая внимания на пыл в глазах Мельхома. — Она нестандартная, факт, но пойми, такой нельзя быть, в таких не влюбляются. Она сломана, брат.
— Ошибаешься! — Мель раздраженно смотрит на меня, — она не сломана. Она — борец за свою свободу. И таких живых, как она еще поискать нужно. Считаю, что именно Лилиана, эта, чужеземка, а не та, с Ремакса, твоя судьба. Ты подумай только, неважно каким путем это произошло, почему, но пойми, она оказалась именно в твоих водах, а ты оказался там в нужное время.
— Я там должен был быть в любом случае, Мельх. Хватит! Ведешь себя будто не понимаешь, что ее жертва спасет нас всех!
— Потому что ты решил, что жрецы начнут нападать на всех? Они попробовали свои силы на Ремаксе, на слабых.
— Да! А потом, когда пробьют защиту, ведь им явно кто-то помогает, уничтожат Ремакс и примутся за нас. А так у нас есть шанс не участвовать в будущем фарсе с ними.
— Ты не слышишь, брат. — сухо отрезает. — Тебе же сказали — жертва не поможет! "
Возможно Мельх прав, возможно жертва действительно не поможет? Что, если так? Что, если Лилиана умрет, а Саара все равно останется под прицелом вражеских сил? Плохо, что Арабат не сказал всего. Как всегда, наговорил кучу всего своими загадками, а ты сиди и думай, что делать дальше."
Третий день. Если верить слухам, то к храму жрецов осталось примерно полдня. Не знаю, как буду возвращаться, ведь будет реальный шанс потерять остатки разума. Но и отступить не могу… Поэтому упорно верю в то, что все еще могу на что-то повлиять, могу спасти тысячи семей различных рас, которые когда-то доверили мне свою защиту. Да, я делаю это неправильно. Да, приношу в жертву невинную девушку, но дьявол меня побери, я же Демон! Мощный, сильный демон, который стал Императором, друг самого Люцифера, и не бегаю на цыпочках перед сильными мира сего. Так неужели должен оправдываться перед собой?
Леля
Если бы здесь было солнце, то я могла бы увидеть, что оно уже явно собирается ползти к горизонту. Сидеть на коне, в руках Сээра хорошо, но с каждым шагом животный страх во мне растет со скоростью снежной горы на которую тот же снег сыплет и сыплет уже несколько дней. Выть от ужаса, который поселяется в душе — все, что могу. Но молчу. Терплю. Потому что я Лилиана. И я пережила такое в собственном мире, что какое-то жертвоприношение переживу тоже. Должна пережить.
— Приехали.
Слова Сээра над ухом звучат сухо и раздраженно, будто я виновата, что мы оказались здесь.
— Как чудесно! — хлопаю в ладоши. — Мне уже бежать к вашим жрецам, уважаемый Император?! — язвительно спрашиваю.
Демон опускает голову ко мне, смотрит долго, а потом выпускает из объятий. Спрыгивает с лошади и помогает слезть и мне. Что ж, могу уверенно сказать, что паника охватывает меня всю. Тело дрожит, а ноги становятся деревянными и не желают слушать. Замираю рядом с лошадью и внимательно рассматриваю место, где живут мои будущие убийцы — это храм. Пещера. Вообще-то больше похоже на склеп. Сверху надписи типа латинского. Слева и справа от двери по две колонны. На них узоры какие-то. По крайней мере похоже на это. Несколько ступенек к двери, которые к слову, кажется металлические и тоже с узорами. И все серое, безрадостное, как и сама Долина Песков.
— А где песок? — Вот это реально меня сейчас волнует. Демон удивленно на меня смотрит.
— Что?
— Песок. Название — Долина Песков. Где песок?
— Тебя действительно волнует именно это? — цедит. Злой. Почему же ты сердишься, демон? Или эта реакция на самом направлена не на меня, а на себя?
— Да. Хочу перед смертью узнать, как это так, Долина Песков, а ни одной песчинки, — пожимаю плечами.
— Неужели больше попыток сбежать не будет? — шепчет.
— А есть шанс убежать? Завтра, если тебе же верить, придет странное безумие, на мне твоя печать, вокруг жрецы, твои воины, и тернии. Путь обратно занимает почти три дня. Коротко говоря шансов ноль.
Именно в этот момент ко мне подходит Шаала. Она трется мордочкой о меня, упирается ею в руку, чтобы погладила и упрекает взглядом Сээра.
— Что, маленькая, страшно? — Приседаю перед пантерой. — Не бойся. Моя Киса, — шепчу. — Ты вернешься домой. И знаешь, у меня для тебя задача: охранять Дашку от своего хозяина, хорошо? Потому что он у тебя немного гад нервный, потому, ну думаю сама знаешь.
Звук металлических дверей, что открылись, напоминает о жестокой реальности. Последний раз чешу мягкий мех кисы, и встаю ровно. Сээр тут же оказывается рядом. Крепко хватает меня за руку и тянет за собой, в храм. Но перед лестницей неожиданно пихает мешочек Ирмы в руки и заставляет сжать его в кулаке.
Не передать моего шока. Неужели передумал? Неужели решил иначе? Поворачиваю голову к Демону, но все, что вижу — это твердую уверенность в собственных поступках и идеальный профиль. Он делает шаг вперед и тянет меня за собой, а я подчиняюсь. Потому что знаю, даже если умру сейчас, то с мыслью, что мне дали шанс…
Конец первой части.