Впервые за несколько часов отходит от меня и достает свой телефон. Отсутствие его рук на своих плечах ощущаю остро. Словно в комнате сквозняк, а с меня стащили кофту.
Что-то со мной сегодня не то.
Вероятно, всему виной адреналин в крови от моих неожиданных выходок. А вместе с ним обострены все другие чувства.
И я точно буду полной лгуньей, если не признаюсь даже себе, что Константин Альбертович, как человек, мне приятен. Проведя с ним один вечер, я словно вновь почувствовала себя дома. В безопасности, в тепле и с чувством, что у меня нет проблем. Что папа с братом все решат.
Но это лишь симпатия, как к личности. Никак не любовь или влюбленность!
Довласов быстро находит нужное в своем смартфоне и открывает мне какие-то фотографии. Садится рядом, но все же сохраняя небольшую дистанцию.
— Смотрите, Алина Денисовна, — отдает мне свой телефон в руки. — Отличная двухкомнатная квартира. Просторная. Расположение, относительно офиса, шикарное. Пять минут пешком. Соседи негромкие. Все внутри под ключ. Техника вся есть, мебель и все системы новые.
— Хмм… — невольно хмыкаю, листая фотографии туда-сюда и рассматривая квартиру. Поднимаю взгляд на босса. — Откуда этот вариант?
— Я снимал эту квартиру, пока риелтор подбирал мне жилье для покупки, — коротко отвечает он, отбирая телефон, потому что я уже пошла дальше смотреть фотографии шефа. Увидела какие-то документы и босса в черной рубашечке. И на этой фотографии, я не уверена, но там, кажется, была женская нога.
Босс фотографируется при любовницах? Уля-ля, какой котяра самовлюбленный! Интересно, это он себя до или после общения с дамочкой запечатлел?
— Цена этого жилья? — деловито интересуюсь, чтобы примерно понимать, на что мне расчитывать.
— Примерный максимум, который вы готовы отдавать за квартиру, я изучил, — в тон мне отвечает Константин Альбертович. — Предлагаю вам такой вариант, Алина Денисовна, вы оплачиваете свой максимум, а моя компания покрывает остальную сумму. А если продержитесь больше полугода, то в качестве бонуса за квартиру вам ничего платить не придется. Компания полностью будет ее оплачивать вам.
— С чего вдруг такая щедрость? — подозрительно прищуриваюсь, перестав понимать логику начальника. — Или вы так всем помощникам и сотрудникам предлагаете?
— Не всем, — подтверждает мои мысли и одновременно с этим пугает еще сильнее, рождая в моей голове всего одно логическое объяснение.
— Ну, давайте попробуем, — закидываю удочку и сразу же закидываю наживку, чтобы он точно ответил на мой следующий вопрос. — Константин Альбертович, скажите мне честно, вы на меня запали? Поэтому так расщедрились?
— Предупреждаю сразу, что спать с вами не буду, — тут же произношу, смерив его изучающим взглядом. Даже если сейчас решит соврать, я увижу это. — Так что…
— Вы мне симпатичны, Алина Денисовна, — не отрицает он и начинает говорить сразу же после меня. — Но нет, не запал. Предпочитаю ровесниц, максимум на два-три года младше. У меня нет желания воспитывать ребенка в лице своей пассии, — бросает, подарив мне снисходительную улыбку и выражение лица “как вы могли такое обо мне подумать, Алина Денисовна? Я примерный мужчина и на малолеток не заглядываюсь.”
Даже как-то обидненько.
В меня всегда мужчины так или иначе влюблялись. Иногда просто восхищались, но чтобы говорить, что я слишком молода, — никогда.
Хотя, может, оно и к лучшему.
— Хмм… а лет вам сколько? — решаюсь и на этот вопрос. — Вдруг у нас как раз два-три года разницы? — бросаю, догадываясь, что лет на пять-шесть он явно меня старше.
— Мне тридцать пять, Алина.
— Мне двадцать четыре, — тяну, улыбнувшись. И хоть мысль о том, что Довласов не видит во мне предмета влюбленности, меня слегка обижает, но, с другой стороны, несказанно радует. Впервые я личность, а не объект желания. Я человек! Личность! — Значит, мне будет приятно сотрудничество с вами, Константин Альбертович. Не люблю мешать личное и рабочее.
— Аналогично, — отвечает он в тон мне.
Включает телефон и, отойдя от меня, кого-то набирает. Извиняется за столь поздний звонок, несколько минут обсуждает вариант съема моего будущего жилья и возвращается ко мне.
— Завтра после обеда нужно будет подъехать, — оповещает, пряча свой телефон в карман брюк. — Риелтор передаст ключи от квартиры.
— Отлично, — поднимаюсь на ноги и взволнованно смотрю на босса.
Что будет между нами дальше, не знаю.
По идее, Константин Альбертович должен уйти, но я не хочу, чтобы он ушел и я осталась одна в этих огромных апартаментах.
Стыдно вообще в таком признаваться, но я боюсь оставаться в чужих отелях одна. У персонала есть ключи, и они могут зайти в любой момент. И сделать что-нибудь ужасное. Да даже пялиться на меня.