Раздражающий звонок моего телефона прерывает нас. Достаю смартфон и отклоняю вызов, блокируя звонящего.
Достал!
Уже шестой его номер за эти шесть недель блокирую.
— Не знаю, как вам, а мне ваше предложение не интересно, — сливаю всю свою злость и ненависть на стоящего передо мной мужчину. — Мне нравится то, чем я сейчас занимаюсь.
Разворачиваюсь и решаю продолжить путь в парк.
— Алина, послушайте! — немец пускается за мной следом. — Я обещаю вам приличный оклад. Назовите сумму, которую вы сейчас зарабатываете в ресторане вместе с чаевыми за месяц. И я назначу вам тройной оклад, — просит, и я совсем немного, всего на каплю, даже соблазняюсь. Замедляю шаг, что позволяет мужчине меня нагнать. — Мне нужна помощница, которая будет понимать меня. Мне в некоторых ситуациях сложно говорить на русском.
— Так наймите себе кого-нибудь со знанием немецкого! — восклицаю. — У меня нет должного опыта.
— Вот я и хочу вас нанять, Алина.
— Мне не интересно, — заявляю ему таким тоном, что становится понятно, еще одно ваше предложение и вы больше никому предложений сделать не сможете.
Прохожу мимо него и, не выдержав, поднимаю трубку. Седьмой номер брата. В стране вообще нет закона на наличие сим-карт на одно имя? Почему у моего брата так много номеров?
Намереваюсь сказать этому гаду все, что о нём думаю. И попросить не звонить мне со стольких разных номеров.
— Прекрати мне звонить! Я всё равно тебя не прощу! — кричу в трубку. — Изыди, демон, из моей жизни, как изгнал меня из семьи! — рычу на него.
Вот, что делает с человеком отсутствие отдыха.
Я стала нервной, злой и еще свирепее, чем обычно.
Плохо.
— Лина, что ты устраиваешь? — брат даже и не думает отвечать на мои возмущения. — Почему мне докладывают о том, что ты вчера облила какого-то мужчину морсом?
— Он много себе позволял, — бросаю раздраженно.
Оскорблял новенькую официантку, похабно улыбался и за одно место чуть не схватил. А когда она не дала ему этого сделать, случайно уронив тарелку и поднос на пол, замахнулся на нее. Я была рядом. Спасла ее от удара, не смогла стерпеть такого хамства по отношению к молоденькой девушке. Он ведь еще кричать на нас начал. На официантку за то, что из-за разбитой тарелки его туфли испачкались, а на меня, что влезла.
— Лина, я же просил тебя, — вздыхает брат устало.
— А я просила не звонить мне, — напоминаю ему с укором. — И вообще, кто это тебе там докладывает? — прищуриваюсь, перебирая в голове кандидатов. — Следишь за мной?
— Я забочусь.
— Иди со своей заботой, знаешь куда? — недовольно рычу, наполняясь еще большей обидой на него. Не дожидаясь ответа, отключаюсь.
Он за мной следит и контролирует.
И это после того, что он сделал. Изгнал из семьи, лишил всех благ, отправил работать и запрещает общаться с родными.
Ну, значит, сам напросился!
— Стойте! — оборачиваюсь к бизнесмену с шикарными бровями и веселым акцентом. — Что вы там насчёт тройной зарплаты мне говорили?
Глава 2
— Стойте! — оборачиваюсь к бизнесмену с шикарными бровями и веселым акцентом. — Что вы там насчёт тройной зарплаты мне говорили? — делаю шаг в его сторону.
— Алина? — удивляется он тому, что я все же готова обсудить его предложение.
Моё согласие нагнало его переходящим дорогу. Оглядевшись, он ускоряет шаг и возвращается ко мне. На лице довольная и победная улыбка. И это несмотря на то, что я не согласилась, а просто допустила возможность, что могу согласиться.
Оглядываю его еще раз. С виду спокойный и нормальный мужчина, чем-то по манерам и поведению напоминает моих дедушку и папу. И если взять во внимание его поведение в ресторане, то он довольно вежливый и благодарный.
Пока я на семьдесят процентов уверена в своем решении. Но эти оставшиеся тридцать процентов все же манят остаться на своем месте и никуда не двигаться.
Найти того, кто сдает меня брату и “сказать”, что так делать неправильно и не нужно.
— Может, поедем сразу в офис и всё обсудим? — предлагает мужчина, остановившись напротив меня и рукой указав в сторону своей машины.
Бросаю взгляд на свои наручные часы. С сомнением поднимаю глаза на него, превратив тридцать процентов во все сорок пять.
— У вас сотрудники работают после десяти? — недоверчиво уточняю, представив себе, что буду уезжать рано, приезжать поздно и работать чуть ли не каждый день. — Пожалуй, я погорячилась с согласием.
Разворачиваюсь, намереваясь продолжить свой путь домой. Подальше от сомнительных предложений.
— Нам нужен лишь один человек для подписания трудового договора, Алина Денисовна, — вновь аккуратно берет меня за ткань на локте, останавливая мое бегство. — Думаю, за небольшую премию он согласится приехать в столь позднее время. К тому же позднее подписание связано с тем, что вы закончили свою работу в столь позднее время, — дарит мне вежливую улыбку, как бы говоря “это все ради вас, Алина Денисовна”. — Возвращаясь к вашему вопросу, офис работает с девяти утра до шести вечера. По пятницам до пяти, — оповещает он меня, согласно кивнув, как бы подтверждая свои слова. — Бывают оплачиваемые задержки, но это исключительно по инициативе сотрудников. В вашем графике будет указано время до шести тридцати. Именно до этого времени вы должны будете покинуть стены офиса, иначе система засчитает вашу задержку незаконной и подозрительной.