— Нам не справиться с ними, — прошептал Дрёмыш.
— Внутри тоже дежурят вооруженные до зубов охранники, а все заключенные заперты, я знаю, — также тихо откликнулся лягушонок.
Друзья вопросительно посмотрели на Тину.
— Что будем делать? Ты ведь что-то придумала?!
— Устроим переполох, — сказала мышка, хитро поглядывая на Квана. — Пусть стражники ловят беглеца. Они так разжирели на наших хлебах, что разучились быстро бегать. Я утащу ключи, и мы с Дрёмышем выпустим арестантов.
Задуманная Тиной операция удалась даже лучше, чем можно было ожидать.
Кван вышел из-за дерева и не спеша направился вдоль забора.
Сначала игроки растерялись, но вспомнив о своих обязанностях, вскочили, рассыпав колоду карт.
— Это же сбежавший должник Хрюкокрыса! — завопил менее тучный стражник, и с криком: — Хватай! Держи! За него назначена награда! — кинулся за поскакавшим во всю прыть лягушонком.
Но, старший охранник, решил, что погоня — не для такого большого начальника, как он, для этого есть подчинённые. Поспешно сняв с пояса ключи, толстяк отпер калитку в воротах и заорал во всё горло:
— Все сюда! Поймать и посадить в карцер! Живее!
На улицу, гремя саблями, высыпало не менее десятка охранников. Они столпились, не соображая куда бежать и кого ловить.
Начальник наехал на них, словно бульдозер на кучу гравия, и стал толкать в сторону ускакавшего Квана.
Тина и Дрёмыш подбежали к воротам, схватили забытую в замочной скважине связку ключей и, заперлись изнутри.
— Полдела сделано! — радостно проговорил Дрёмыш. — Будем надеяться, что Кванчик уже далеко.
Не сразу удалось подобрать ключи к дверям камер, но ребята справились и с этим.
Крысы, сообразив, что их обманули, страшно разозлились и стали с грохотом ломиться в железные ворота. Неожиданно створки распахнулись, и стража покатилась прямо под ноги освобождённым узникам. Разрушитов связали и затолкали в подвал к крысам, проигравшим своё имущество в игровые автоматы.
— Прогоним захватчиков из нашей долины! Да здравствует Бутербродия! — кричали мыши. Кто-то достал из тайника и развернул знамя мышиной республики с сырным бутербродом в виде солнца на фоне зелёного треугольника.
Толпа бывших заключённых, некоторые с саблями и пиками, отобранными у охранников, ринулась вглубь леса.
Но, потребиты, обладая удивительным чутьём, спасая шкуры, уже унесли ноги и хвосты из хлебного леса. Серая масса перепуганных крыс, нагруженных второпях собранными пожитками, катилась по опушке прямиком к подножию гор.
Ущелье, прожжённое ядом Таранта, через которое он привёл в мышиную долину армию крыс, давно заросло высокой травой и колючим кустарником.
Завидев вышедший из леса отряд вооружённых мышей, трусливые потребиты устроили в проходе настоящую давку — дрались, лезли по спинам и головам, теряя награбленное добро, царапали и кусали друг друга.
— Это ужасно! — пискнула Тина. — Такого не пожелаешь и врагу!
— Если бы они соблюдали очередь, быстрее бы проскочили, — рассудил запыхавшийся после быстрого бега Кван.
Когда последний крысиный хвост скрылся в ущелье, мышиный отряд построился и двинулся в солёную пустыню, на помощь сражающимся товарищам.
Злобные разрушиты не собирались сдаваться. Они надеялись на Таранта и, яростно отбиваясь, отступали к высокому трезубцу.
32. Подземелье Таранта
Как и было задумано, дельтаплан, пролетевший над пустыней, вызвал переполох среди охраняющих караван крыс.
Остри приземлился на площадку между зубцами, чуть не угодив в открытый люк, из которого вглубь башни вела крутая винтовая лестница.
Не колеблясь ни секунды, жёлтый рыцарь стал спускаться в темноту, с удивлением обнаружив, что рубин, вправленный в рукоять меча, излучает свет. Причём, чем гуще была тьма, тем ярче сияла звезда, внутри волшебного камня.
Ступени уводили всё ниже и ниже. На стенах начали поблёскивать растущие кристаллы соли. Стало заметно холоднее.
— Странно, — рассуждал про себя Остри, — такое впечатление, что я уже на глубине, равной высоте двух трезубцев. Видимо Тарант действительно скрывается внутри солёной пустыни.
Наконец лестница закончилась, и отважный рыцарь очутился в большой многогранной комнате. В центре её прямо из пола поднимались матовые стенки огромного сосуда до краёв наполненного тускло светящейся слегка дымящейся жидкостью — ядом Таранта. Из-под потолка по всему периметру зала над страшной чашей свисала гигантская паутина, раскачиваясь, словно старый дырявый гамак.