— Его тоже изменили? Решили, что его кровь может помочь все исправить? — в молодости я зачитывалась фэнтези. И дальнейшее было вполне логично. Если темная магия изменяет людей, портит, то светлая должна все вернуть на место, она же противоположна темной.
— Ты права, — перевел пустой взгляд на меня Князь. Я вздрогнула. Столько мерзлой пустоты, усталости и боли во взгляде я не видела. Влад отвернулся, не желая пугать меня. — Севиар был самым сильным светлым магом, императором. Но измененная темная магия оказалась сильнее и превратила его в одного из нас, даже не смотря на то, что темный император не впрыскивал свой яд. Запрещенная магия не зря так зовется, да? Севиару удалось сбежать и вернуться в ваш мир, но тем самым он показал темным путь сюда.
— И вы все ринулись к нам? — язвительно спросила я. За язвительностью я старалась скрыть боль и ужас. Ведь я даже не задумывалась, как много кровососов живет в моем мире.
— Нет, не все. Пошел только мой отец, тогда он уже был правой рукой темного императора Истахая, — теперь вампир смотрел только на меня.
— Отец? — спросила недоуменно я. — Подожди, я думала, что весь ваш род был уничтожен победившими темными.
— Нет, у моего прапрадеда было двое сыновей. Один погиб в сражении, другой — был слишком мал, чтобы участвовать. А после того, как вырос, его обратили. Мой дед и отец уже родились вампирами.
— Что? — я чуть не уронила челюсть, садясь на край кровати. — Родились? А разве…
— Я же говорил, что мы были людьми, — горько усмехнулся Влад. — Древнее проклятие на способность к деторождению не повлияло. Но так как ребенок связан с матерью через пуповину, то, и появляясь на свет, он уже отравлен ядом запретной магии. Но оказалось, что обращенные люди из этого мира не могут иметь детей. Да даже от чистокровного вампира и человеческой девушки вашего мира не будет потомства. Только чистокровные вампиры нашего мира могут иметь детей. И это неудивительно.
— Да? — спросила рассеянно я, пытаясь осмыслить информацию.
— Мой отец, придя в ваш мир, надеялся, что здесь, где совсем нет магии, она исчезнет и у него. И мы все сможем, пожертвовав магией, избавиться от проклятия. Но этого не произошло. Ваш мир принял нашу сущность, но постарался оградить своих «детей»: отсюда и смерть от солнечных лучей, и неспособность к размножению.
— Так все же, зачем вы пришли к нам? — повторила я свой вопрос, размышляя, каким образом его отец выяснил последнее.
— Когда отец вернулся и рассказал, что происходит с нами в вашем мире, мы и не думали сюда соваться. Но знаешь, мир ведь должен быть в равновесии, это негласное правило любой Вселенной, — Влад встал и подошел ко мне, не обращая внимания на мои мысли. Присел на корточки передо мной и продолжил, глядя мне в глаза: — Мы нарушили равновесие, изменив свою сущность. Наш мир стремительно умирал и мы гибли. Даже наша объединенная магия не смогла противостоять апокалипсису. Осталось несколько семейств или кланов, как мы их называем, главы которых вместе с императором Истахаем отдали собственную жизнь, чтобы открыть портал в ваш мир и спасти своих родных.
— И сколько вас пришло в мой мир? — спросила я, задержав дыхание.
— Пятьдесят детей, старшему из которых было двадцать лет, — ответил Влад, не сводя с меня взгляда, — взрослые удерживали портал, чтобы мы смогли пройти. Сами перейти не успели.
— Сколько было младшему? — спросила ошарашено я.
— Мне только исполнился год, — синие глаза заледенели, губы сжались в тонкую линию.
Я сидела, не зная как реагировать на его признание. С одной стороны мне было жалко тех детей, что в одно мгновение остались без родителей и дома в чужом враждебном для них мире. И было страшно даже представить, что им пришлось пережить, чтобы найти здесь свое место. Но с другой стороны, они сами были виноваты. Не дети, конечно, а их предки. И ведь получается, что пострадали не только они, но и мы.
Как мы видим, детки неплохо устроились. Богаты, влиятельны (если судить по тем лицам, которые я видела в зале, где мне пытались стереть память), питаются нами, да еще и магией наделены. Навязали нам свои правила, рассказав о себе в книгах и фильмах, не раскрыв и десятой доли правды. И проблему размножения решили путем обращения. Даже заморачиваться с пеленками не надо, красота! Вот только не случится ли апокалипсис и в моем мире из-за них?
— Мы учли ошибки наших предков, — ответил на мои мысли Влад сухо. Видимо, не понравились мои выводы. — У нас свой строгий кодекс, за нарушение которого жестоко наказывают. И мы не перенаселяем ваш мир, чтобы не нарушить хрупкое равновесие.