— Да, вы просто белые и пушистые, — язвительно произнесла я. Именно поэтому я сижу здесь взаперти и под угрозой смерти своих детей вынуждена стать одной из вас.
— Прости, но ничего изменить я не могу, — вставая и заканчивая откровенничать, произнес Влад. И, направляясь к двери, холодно произнес: — А сейчас тебе стоит привести себя в порядок, чтобы не рассердить брата и не допустить смерти своих родных, раз уж ты сделала свой выбор.
— Как будто он у меня был, — ощущая, как по щекам безостановочно текут горячие слезы, прошептала я. Но сил, чтобы успокоиться и стереть их, не было. Я дала себе десять минут, чтобы поплакать и проститься с прошлой жизнью. И принялась готовиться. У меня был простой план: стать одной из них и следующим солнечным утром лишить себя жизни. А чтобы некоторые синеглазые кровососы не узнали, что задумала, я постаралась сосредоточиться на собственных действиях.
ГЛАВА 9. Гнев принцессы.
Как ни странно, но есть мне не хотелось. Хотя я не ела уже три дня, если верить словам Влада. Жажду я тоже не испытывала, но по идее должна была. Ведь я же, все по тем же словам Влада, почти полноценный вампир. Во мне вспыхнул огонек надежды на то, что он мог ошибиться. А вдруг мой организм из-за аварии, переломов, стресса и ужаса, который я испытала, лежа в гробу, чудесным образом вылечился от вампиризма? Но тогда отчего такие изменения в моей внешности? Я вновь подошла к зеркалу и стала внимательно себя рассматривать. И только тут увидела едва заметные следы от уколов на правом предплечье. Проколов было ровно три. Один практически зажил и был почти не заметен, а два свежих доказывали, что были сделаны совсем недавно. Видимо, Влад вколол мне какое-то свое экспериментальное, поэтому и нет жажды. Огонек надежды погас, так и не сформировавшись в полноценный костер. Я прошла к кровати и расстегнула чехол с одеждой.
Наряд для ритуала в этот раз оказалось вполне приличным. Красивое облегающее бархатное платье глубокого зеленого цвета с длинными рукавами, неглубоким декольте и двумя разрезами по краям подола, чтобы было удобно передвигаться. Оно оттеняло цвет моих глаз так, что золотистые искорки в них были почти не заметны.
Через несколько минут пришла девушка из служащих вампиров — человек. Она склонила голову и предупредила, что ее послали сделать мне макияж и прическу. Ее одежда была современной и модной, только белоснежный накрахмаленный чепчик в ультрамодной прическе девушки выдавал ее статус. На вид ей было около двадцати-двадцати пяти лет.
Люси, как она представилась мне, вошла в комнату с объемным чемоданчиком в руках, вслед за ней последовали два вампира. Один из них занес пуфик и огромную круглую лампу, какие были в салонах красоты, второй легко затащил и поставил красивый трельяж у стены напротив кровати. Затем оба поклонились и вышли, закрыв за собой дверь.
— Присаживайтесь, — жестом велела Люси, включая лампу и устанавливая ее так, чтобы осветить мое лицо. Я безропотно подчинилась, закрыла глаза и задумалась о том, что мне предстоит сегодня вечером вытерпеть. Опять танцевать под любопытными взглядами вампиров, верить в то, что у них вновь не получится лишить меня памяти. «Хотя… возможно, если у них получится, то так будет лучше?» — мелькнула малодушная мысль.
— Нет, не лучше! — сжав кулаки, вслух возразила сама себе.
— Вам не нравится? — обеспокоенно спросила Люси, о которой я успела забыть.
Открыв глаза, отрешенно удивилась, что девушка уже успела сделать профессиональный макияж. Он был незаметен, словно его вовсе не было. Но я-то знала, как выгляжу. Поэтому обратила внимание, что глаза теперь казались больше, ярче стала их зелень, а мои пухлые губы были подчеркнуты розовато-коричневой матовой помадой. Легким свежим румянцев подчеркнуты скулы.
— Красиво, — вынуждено призналась я.
— Спасибо, — улыбнулась девушка. И, споро убирая косметику в свой чемоданчик, добавила: — Сейчас еще прическу сделаем, и все ахнут. У вас такой тип лица, что подойдет любая прическа и макияж. Даже приятно работать. Сегодня ночью вы точно будете в центре внимания.
«Да я без всего этого была бы в центре внимания», — с горечью подумала я, вновь закрывая глаза. Мне было наплевать, как я буду выглядеть, но страх за детей не позволял бунтовать. И я вновь вернулась к своим мыслям. Мне нельзя забывать родных, ведь возможно, что, потеряв память, мне незачем будет умирать. Вероятно, я спокойно приму свою новую жизнь в качестве кровопийцы. А этого я не могла допустить. Без детей мне ничего не нужно, даже магические способности. По щеке медленно поползла слезинка.