— Они все пока контролируют себя, — тихо сказал мне Влад, накрывая своей ладонью мою руку, вцепившуюся в его рукав. — Тебе не очень волноваться.
Я промолчала, так как, во-первых, просто не знала, что на это ответить, а, во-вторых, мы почти подошли к белоснежной лестнице, где было два мягких кресла. В одном из них сидел Принц, чью светлую голову украшал царственный венец. Он едва склонил голову, как зазвучала музыка. Влад поклонился мне и повел меня в танце.
— Расслабься, — посоветовал Влад. — И смотри мне в глаза.
— Хорошо, — широко улыбнулась я. Вышло, видимо, не очень, так как Влад удивленно приподнял брови.
А потом мы просто танцевали. Через минуту я почувствовала слабость. И если бы не реакция Влада, то я бы точно валялась у его ног. Мелодия была не та, что в прошлый раз. Влад уверенно вел, я даже не заметила, как расслабилась, вспоминая, как шесть лет назад танцевала медленный танец с сыном на его выпускном. Это стало ошибкой.
Боль в шее я почувствовала внезапно, а следом за ней пришел нестерпимый жар, который начал разливаться от места укуса по всему телу. Я дернулась, инстинктивно пытаясь отстраниться от источника боли. Но на талии сжались стальные тиски чьих-то рук, притягивая ближе к себе. Перед глазами все расплывалось, то ли от слез, то ли боли. Я вся горела, словно внутри под кожей разгорался настоящий костер. В какой-то момент я решила сделать больно в ответ, надеясь, что меня отпустят и мои страдания прекратятся. С трудом сфокусировала взгляд на чьей-то белой шее, виднеющейся из-под кремовой рубашки. И не отдавая себе отчета, я укусила за шею обидчика. Выросшим клыкам удивилась лишь в первую секунду, а потом в рот полилась спасительная сладковатая жидкость, которая приятно гасила пожар внутри меня.
Кажется, негодующе воскликнула какая-то женщина, сзади послышался недовольный ропот, чей-то снисходительный смех. Какой-то парень громко начал ругаться и требовать, чтобы все прекратили немедленно. Вокруг стало шумно, но мне было все равно. Лишь чей-то сладострастный стон рядом, заставил придти в себя и отпрянуть от моего живительного источника. Я с ужасом смотрела на Влада, рубашка которого медленно окрашивалась темно-бардовый цвет. Он спокойно стер алую кровь с уголка своего рта большим пальцем, небрежно одернул пиджак и все это проделал, не сводя с меня взгляда своих сияющих синевой ночного неба глаз. Я непроизвольно облизнула губы и оглянулась. Все напряженно смотрели на меня, словно чего-то ждали.
— Она принадлежит нашему роду! Я первый нашел ее! — вперед выступил Виктор, остановившись в двадцати шагах и пожирая меня безумным взглядом. Тот, кто сделал выбор за меня, решив, лишить моих детей матери. Тот, с которого начался весь этот кошмар. Тот, кто похитил меня и обратил в стригоя, не считаясь с моим мнением.
— Виктор! — окрикнул сына лорд Николас, тот самый, что готов был убить меня, лишь бы обезопасить избалованного сынка и себя от гнева Принца. — Угомонись!
Они о чем-то спорили, стоящие рядом вампиры не вмешивались, с любопытством наблюдая за разгорающимся скандалом. А во мне вскипал гнев. Такой яростный, разрушительный, темный, что волосы, казалось, зашевелились на моей голове. Послышался тихий стук, словно что-то маленькое многочисленное и железное попадало на пол. На плечи упали тяжелые темные волосы. Прическа не выдержала моего гнева. На фоне спорящих вампиров звук выпавших из прически заколок не должен быть слышен, но все его уловили, ведь стало очень тихо.
Я же не обратила на это внимание. Меня ничего не волновало. Я смотрела лишь на виновника всех моих проблем и думала о том, что он все еще является угрозой для моих детей. Он знает, кто они и где живут. Виктор не погнушается ничем, лишь бы добиться своей цели — меня.
— Началось, — прокатилось по залу взбудораженное восторженное перешептывание и все посмотрели на лестницу. Над ней было огромное окно, в котором сейчас отлично просматривалась невероятно большая алая луна. Кровавая луна.
Но я даже не повернула голову. Я смотрела на вампира и его отца, понимая, что пока живы они и преданные им вампиры, мои дети всегда будут находиться в постоянной смертельной опасности. Гнев переполнил меня, выжигая все человечное во мне. Именно он развивал сейчас мои выбившиеся из прически волосы.
А потом я вдруг вспомнила аварию. Точнее ее детали, которые человеческий мозг не мог принять за правду, а вот новый мозг вампира выставил их на передней план. Именно Виктор был той тенью, тем человеком, который выскочил на дорогу перед такси, в котором я ехала. Он заставил водителя вывернуть руль и выехать на встречную полосу. Из-за него оборвалась моя человеческая счастливая жизнь. А еще я точно видела, какая счастливая улыбка была у него в тот момент. Такая улыбка, наверное, была бы у маньяка, когда он вспарывал бы внутренности своей жертвы. Это стало последней каплей.