На третье утро после нашего переезда он привычно дождался, когда я усну, и лег позади меня. Я притворялась. У меня уже давно созрел план. Я нашла лазейку, как обмануть его приказ. И теперь осталось лишь ждать, когда он заснет крепче.
Владу для этого потребовалось полчаса тихих тяжелых вздохов, и закинуть руку на мою талию. Затем его рука потяжелела, а дыхание стало ровным и глубоким. Я подождала еще полчаса для верности и осторожно сползла с кровати.
Обернулась. Влад спал. Едва ступая и дыша через раз, я вышла из спальни. В комнате было темно, но мои новые способности, доставшиеся от ночных кровососущих хищников, вполне позволяли видеть все. Причем я даже цвета предметов различала, словно горел свет, только они были приглушеннее раз в десять.
Невидимая петля на моей шее дернулась, когда я подошла к зашторенному балкону, но не поспешила затянуться. «Ты никогда не выйдешь на солнце, пока я пребываю в здравом рассудке и в сознании. Это приказ!» — вспомнила я слова своего прародителя.
Что же часть приказа не нарушена. Да, Влад до сих пор пребывал в здравом рассудке, но вот спал, а значит, можно утверждать, что был без сознания. Небольшая лазейка, которую он не заметил, но за которую ухватилась я. Честно говоря, я не была до конца уверенной, что это сработает. Но, видимо, здесь все выстраивалось на моем восприятии приказа и моем отношении к нему.
Чуть отодвинув штору в сторону, я резко отпустила ее обратно. Вдруг подумалось, что не зря ведьм сжигали на костре заживо. Наверное, это самая страшная смерть. Но, отринув трусливые мысли, я решительно одернула шторы в стороны, впуская в гостиную солнечные лучи просыпающегося солнца. На миг зажмурилась от бьющего яркого света, и смело переступила порог балкона. Сад был безумно красив в алых лучах поднимающего светила. Во дворе царила тишина, нарушаемая щебетом птиц и дуновением легкого утреннего ветерка.
Я еще долго стояла, облокотившись о перила и наивно надеялась, что когда солнце полностью взойдет на небо, придет моя смерть. Но вот солнце уже полностью появилось на ярко-синем летнем небосклоне, полностью вступив в свои права и уже ощутимо пригревая кожу.
Я резко упала, словно у меня вынули штырь из спины, на котором держалось все тело. Села, облокотившись на дверь балкона, и заплакала. Просидела я так довольно долго. Природа радовалась жизни, а у меня в душе было пусто и темно. Я бездумно сидела и смотрела на тонкий сучок на стволе ветвистого дуба, что рос прямо в двухстах метрах напротив балкона, не обращая внимания на слезы.
В спальне послышался вздох и какой-то шорох. Затем я расслышала, как мягко спружинил матрац, когда Влад сел на кровати. Невидимая удавка начала затягиваться на шее, медленно перекрывая мне доступ к кислороду. Но мне было все равно. Я лишь повернула голову и посмотрела на дверь, ведущую в спальню.
Время словно растянулось, как в мелодрамах, когда показывают особо трагичный момент. Я слышала, как спешит ко мне Влад, тихо матерясь. Как на улице весело щебечут птички, а в фонтане, что находится в глубине сада, весело журчит вода. Слышала свои надсадные хрипы, когда пыталась вдохнуть сжатым спазмом горлом спасительный воздух. Так, наверное, пытается дышать рыба, выброшенная жестокой волной на берег. Я увидела, как испуганный Влад остановился на границе тени и света, шокировано смотря на меня. Он не рвался больше спасти меня. Просто стоял с открытым ртом и смотрел, как я задыхаюсь.
По моим щекам сильнее потекли горячие слезы. Не от обиды на бессердечность вампира. В конце концов, я самого искала смерти. Нет, я-то надеялась, что сгорю в лучах родного светила, а оно коварным образом ласково согревало меня своими теплыми лучами, не причиняя вреда. Оно предало меня. Все стало расплываться перед глазами. То ли от слез, то ли от нехватки воздуха. Горло и грудь внутри уже горели огнем. Тем самым, который должен был сжигать меня снаружи на солнце. А потом я провалилась в беспамятство.
— Идиотка! — рычал над ухом взбешенный Влад, когда бережно укладывал меня на кровать. Затем нежно коснулся моего лица, убрал прядь волос и резко встал с кровати.
Я открыла глаза. Без особо интереса пронаблюдала, как вампир стягивает с себя скафандр или что-то на него сильно похожее и при этом не сводит с меня злого взгляда своих синих глаз. И вновь закрыла. Я не хотела ничего. У меня больше не было ни прежней жизни, ни любимой семьи. Меня лишили выбора. Мой внутренний огонь потух, не оставив даже углей. Мне было все равно, что со мной будет дальше.