Готовили дикарки хорошо, вкусно и сытно. Это было нельзя не признать. Да, тут никто не соблюдал правил этикета за столом. Да что уж там, о них и не слыхивал никто. А потому дикари не стеснялись лишний раз зычно и утробно рыгнуть. Поначалу меня это приводило в ужас, ведь в королевском дворце даже слишком громко жевать уже считалось дурным тоном. Но сегодня я так проголодалась, что напрочь отрешилась от всего происходящего. Единственное, что неизменно меня тревожило, – это буравящий взгляд Крейзи, молодой дикарки, претендующей на место фаворитки. Она спит и видит, как хозяин позовёт её в опочивальню, чтобы наконец-то понести от него и занять почётное место в доме. Сестры Бикса уже поили её всевозможными эликсирами, но долгожданного зачатия так и не произошло до сих пор. Как мне проболталась Сенча, ходит слух в несостоятельности Риндена как самца, ибо другие его наложницы также не смогли понести. Признаться, ещё буквально пару дней назад меня эта тема совсем не интересовала, однако сегодня я не зря вспомнила о ней. Если на моей руке появилась метка истинности, то такая же должна была сформироваться и на запястье варвара. А истинные не могут иметь детей ни с кем, кроме как со своей парой. Вот и ещё одно доказательство, что метка на моей руке – не ошибка. Поэтому Бикс и не заделал ни одной дикарке ребёнка.
А это значит, что…
– Нет! – резко воскликнула я, подскакивая на скамье и хватаясь рукой за живот.
– Ты чего? – прогорланила Эшли. – Закончила обедать, так сиди тихо. Сейчас на базар пойдём.
Я плохо расслышала слова главной в дома. Мои мысли неслись в другом направлении. Потому как если дикарки не понесли, то посему понесу я. Нет-нет-нет! Я не могу быть беременна от варвара! Ни за что на свете!
Сегодня следовало нести корзины с овощами на базар. Как оказалось, он тоже у них имелся. Только вместо денег дикари использовали простой обмен: я тебе то, а ты мне это. Корзины у нас были в основном с травами и эликсирами, приготовленными сестрами Бикса, а также вяленое мясо. В племени варваров охотниками были женщины. Они забивали дичь, потом разделывали её и готовили. Мы, жители королевства Ландерфолд, охоту считает чисто мужским делом. Здесь же для мужчин существует лишь одна стезя — военное дело. Всё остальное на женщинах. Если честно, то я восхищалась варварскими женщинами. Они такие самостоятельные и самодостаточные, в отличие от изнеженных нас, которые разве что могут выбрать себе фасон нового платья да украшения в ювелирной лавке. Кстати об украшениях. Здесь женщины их изготавливали себе сами, как правило, из костей убиенных животных или кожи, например, в виде кожаных плетеных браслетиков. Золото и драгоценные камни тоже были. Именно такие украшения надевали на меня, когда отправляли в опочивальню к хозяину. Но они все на утро снимались и сдавались главной женщине в доме, чтобы потом та передала их следующей наложнице, что пойдет ублажать господина.
Мы прошли вдоль базара и выменяли некоторые свои флакончики на рыбу, ткани и какие-то овощи. Затем мы тоже встали в торговый ряд и поставили корзины с тем, что хотим обменять на обозрение других прогуливающихся. Иногда к нам подходили и что-то предлагали, порой Эшли соглашалась на обмен, а порой отказывалась.
И вот стоим мы… никого не трогаем, как говорится. Как видим: вдоль торгового ряда неспешно прогуливается грозный Лорс в компании своих прихвостней из отряда. Он меня заметил и как-то гаденько расплылся в улыбке. Пусть я в племени недолго, но мимику местных уже изучила, а посему ничего хорошего ждать от главного не стоит.
– Ну надо же, до чего мы дожили! Чужеземная шлюха на базаре, причём даже не в качестве товара! – проговорил он и злобно на меня посмотрел.
– Вы бы придержали язык за зубами, Лорс. Как-никак о хозяйской женщине говорите, – неожиданно за меня вступилась Эшли.
– Это ты бы смотрела, на кого тявкаешь, Эшли. Сама-то, поди, недалеко ушла? – возразил главный и на щеках женщины вспыхнул гневный румянец. Её явно распирало от злости, но сказать больше Лорсу она не смела. Видно было: и так переступила черту. – То, что теперь её трахает один, не отменяет того, что до этого её уже поимело незнамо сколько в королевстве.
– Да как ты смеешь такое обо мне говорить! – не сдержалась я и даже шагнула вперед, бросая вызов главному. Эшли попробовала удержать меня за руку, но было поздно.