Дикарь завелся от моих стонов ещё сильнее и теперь, отлепившись от груди, рвал подол платья. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль: «Если всё варвары такие импульсивные и рвут одежду на своих женщинах, сколько же им нужно материи?». Да и швейные ателье должны стоять на каждом углу. А пока меня сюда вели, не попалось ни единого. Наверное, я бы могла поразмыслить на эту тему ещё немного, ибо сознание начинало проясняться, но, как оказалось, ненадолго. Теплая массивная ладонь начала скользить по моему бедру, двигаясь от колена вверх, отчего мысли снова все улетели.
Я не хотела быть здесь, не хотела, чтобы этот дикарь прикасался ко мне. Но стоило ему это сделать, как желание накатывало волной, словно цунами, сносящее всё на своём пути. Логика, здравый смысл, чувство собственного достоинства, в конце концов, — не оставалось ничего. Только неистовый жар в крови.
Ринден лихорадочными рваными движениями спустил штаны, явив на свет свой поистине исполинский детородный орган. Огромный член стоял колом, указывая на потолок, и я нервно сглотнула. Да, всё моё тело желало, чтобы он вошел в меня. Розочка намокла так, что вот-вот с неё потекут ручьи… Но этот размер пугал!
– Нет… Нет, ты не сделаешь этого… – начала говорить я, понимая, что он просто порвет меня на части.
– Ошибаешься… – проговорил он, обдавая меня своим горячим дыханием.
– Нет… Ты слишком большой… – возразила я.
– Хм? – варвар довольно растянулся в улыбке. – Спасибо за комплимент, но ты, видать, забыла, что я уже был там.
Сердце стучало, словно я пробежала версту, хотя я просто лежала в постели… Волнение и паника охватили меня, и я действительно упустила тот факт, что дикарь уже входил меня. Там, в лесу, было темно, и я находилась спиной и не могла видеть его размера, сейчас же всё было наоборот.
Времени обдумать всё мне не дали, и одним резким движением Бикс вогнал свой ствол в меня. Я снова выгнулась, на этот раз от боли. Как бы то ни было, мы слишком разнимся своими физическими размерами, хотя благодаря моему желанию и влажности он вошел в меня довольно мягко. Всего каких-то пара толчков и боль отступила, сменяясь новым, еще не до конца раскрытым мною ощущением. Тогда в лесу оно тоже зарождалось, но мой насильник кончил быстрее. Сейчас же мы шли к пику практически вместе. В эту ночь мне было всё равно, что я его пленница, что он опозорил меня и надругался в лесу… Ничто не имело важности, даже нескончаемая война наших народов. Были только эта постель и только этот миг, когда мир рассыпался на сотни ярких кристаллов, отодвигая прочь всё остальное.
Я почувствовала, как Ринден излился в меня, и прижала его бедрами поближе к себе, мне хотелось принять его всего до последней капли. И он, словно почувствовав это, притянул меня к себя плотнее.
– Мм-м-м… – я уже охрипла от стонов, но никак не могла перестать. Каждая клеточка моего тела превратилась в наэлектризованный источник наслаждения.
Глава 5.
Утром я проснулась от солнечных лучей, падающих мне на лицо. Было так хорошо, что на миг мне подумалось, что всё произошедшее за последние дни было сном и я лежу в своей постели во дворце Бордока. Потянулась, посмотрела на своё запястье, и вся пелена вмиг рассеялась. Я лежала в опочивальне варвара, а на моём запястье полностью сформировался узор истинности. Синяя полосочка с орнаментом больше не была расплывчатой. Теперь контуры стали чёткими, и орнамент замкнулся в кольцо, надежно оплетая руку, словно браслет.
Нет… Этого не может быть. Я, принцесса, а он – грязный варвар, что вторгся в мои земли! Как мы можем быть истинной парой?
Сознание подкинуло картинки прошлой ночи, где меня всё вполне устраивало. И я поняла — это был зов тела, который свойственен истинности. Мозг может твердить что угодно, но если есть метка, есть тяготение друг к другу.
Я могла ещё долго лежать и размышлять, но в комнату нагло вломилась Эшли, вереща о том, что уже почти полдень, а я всё ещё тут прохлаждаюсь. Ну вот, а я уже и забыла, что доля варварской наложницы – не только ноги раздвигать, но ещё и работать с утра до вечера на благо племени.