«Если они выживут, отец оплатит их девственность золотом, – утешала она себя. – Это достойная награда за то, что они помогли сохранить».
Дверь в маленькую комнату открылась, и на пороге появился коренастый мужчина с рябым лицом – один из слуг Дракона, приставленный следить за принцессой. Он приводил ее в комнату, где стены обиты пурпурным бархатом, а на полу лежит черный ковер. Он держал ее сзади за локти, когда другие слуги Дракона раздевали ее. Он стоял рядом и наблюдал, как его хозяин наматывает волосы принцессы на свой кулак. Он же затаскивал ее потом обратно в комнату – истерзанную, оскверненную, приносил ей воду для умывания, еду и помогал надеть фривольную хламиду вместо платья. Принцесса не знала его имени – Дракон называл своего слугу Нянька.
– Вставай! – он окинул девушку скользким взглядом. – И пошевеливайся: господин ждет тебя.
Принцесса поднялась с пола и, втянув голову в плечи, направилась к двери…
.....
Внешне Дракону вряд ли кто дал бы больше сорока лет, но юной принцессе этот крепкий, холеный, развалившийся в кресле мужчина казался неимоверно старым. Сегодня на нем была белая рубашка, обнажавшая смуглую грудь, на которой покоился оправленный в золото алый рубин. Черные атласные штаны обтягивали рельефные бедра. Легкая проседь в черных волосах отливала серебром. Чувственные губы кривились в усмешке, а немигающие глаза сияли холодной голубизной.
Был ли он настоящим драконом из древних легенд, способным принимать человеческий облик, принцесса не знала. Она знала лишь одну его ипостась: бандита, насильника и убийцы.
– Скучала по мне? – его рокочущий голос бил по нервам, и принцесса вновь задрожала. – Надеюсь, вчерашний урок усвоен? Сейчас проверим.
Первое, что она выучила, попав сюда, – лучше раздеться самой, нежели ждать, когда это сделают чужие, грубые руки. И второе – нельзя ничего выплевывать, даже если тебя тошнит. Поначалу тело предавало ее, и тогда в приступе гнева Дракон обрушивал на нее всю мощь своих кулаков.
– Вина! – потребовал он, пока она, путаясь в завязках, стаскивала с себя платье.
Слуга наполнил бокал, но Дракон, едва пригубив, недовольно поморщился:
– Шиарранское? Отвратительный вкус. Отдай это дерьмо солдатам, а мне принеси аратский бренди столетней выдержки – воистину напиток богов!
Нянька поставил на стол бутылку с янтарным напитком и бережно обмахнул с нее пыль. Дракон сам плеснул драгоценного пойла в чистый бокал и посмотрел на принцессу:
– Папаша твой пьет его только по праздникам, а я, благодаря шиарранскому золоту, могу делать это хоть каждый день. Аратские виноделы благословят мое имя.
Принцесса молчала, прикрывая сложенными ладонями темный треугольник внизу живота.
– Еще твой папаша прислал мне две дюжины девственниц, – Дракон сыто зевнул. – Эту ночь они проведут в казармах, развлекая моих парней. Теперь сюда не заходят шлюхи, а здоровым мужчинам время от времени нужно кому-то вставлять.
Принцесса покрылась холодным потом. Если он отдал девушек на потеху солдатам, то сегодня непременно захочет «вставить» что-нибудь ей…
– На колени! – велел Дракон, и у нее подогнулись ноги. Он отхлебнул из бокала и приказал: – Ползи ко мне.
Принцесса опустилась на четвереньки и медленно поползла. Ладони ее утопали в черном ворсе ковра. Слезы оставались висеть на нем, словно бисер.
Когда ее голова оказалась между широко расставленных ног в мягких замшевых сапогах, Дракон взял ее за подбородок и заставил смотреть ему в лицо.
– Я отправил Его Величеству очередное послание, – он растянул губы в хищной улыбке, – и потребовал, чтобы мне привезли королеву. Да-да, твою матушку. Хочу трахнуть ее у тебя на глазах. – Принцесса беззвучно рыдала, по-детски изломив брови и приоткрыв рот. – А потом у нее на глазах я заберу твою девственность, и если король не пожелает растить внука-бастарда, он отдаст мне тебя в жены. Ты будешь моей по закону – и трон Шиаррана тоже станет моим.
Ужас и безысходность настолько завладели принцессой, что смерть на мостовой возле башни перестала казаться ей скверным выходом из положения.
– А теперь, – он схватил ее за волосы одной рукой, а другой стал расстегивать штаны, – будь умницей и делай все, как тебя учили. Иначе…