— Раздевайся!
Она подняла на меня свои детские недоуменные глаза и открыла рот, но я не дала ей и слова сказать. Схватила ее за одежду двумя руками и выдернула из-за столика.
— Там убивают!!! Твой муж наверно уже убит, Арес мертв, дворец пал! Королева мертва, сотни слуг и служанок мертвы, там мятежники! — я орала ей в лицо, указывая рукой в сторону двери. Потом стала срывать с нее одежду. Она пришла в себя и быстро стала раздеваться сама.
Я кинула ей ее же одежду, которую она надевала, когда мы работали в саду. Сама стала быстро облачаться в свой комплект, прислушиваясь к тому, что творилось на улице.
— Дай сюда! — я оторвала ее путающиеся пальцы от штанов и быстро-быстро завязала все тесемки.
— Можно я туфельки оставлю, мне в них удобно.
— Оставляй, накинь быстро курточку и завяжи, и снимай все с шеи и ушей, быстро!
Я кинулась к ее шкафчику, достала оттуда коробку с драгоценностями и ссыпала все в приготовленный мешочек, туда же кинула снятые ею сережки и ожерелье. Мешочек затянула узлом и повесила себе на шею. Перекинула через спину колчан со стрелами и схватила подаренный мне лук.
Прислушалась — нет, не показалось. Во дворе выбивали ворота, а служанки, куры непослушные, визжали от страха. Я сунула принцессе в руки свой меч в ножнах и потянула ее за руку в коридор.
— Там же мои девушки кричат! — она вдруг вскинулась и уперлась. Я, не раздумывая, влепила ей подзатыльник.
— Дура! Они через пару минут будут уже мертвы! Вообще, Су Вон, ты жить хочешь? Ты хочешь жить? Если хочешь — слушай меня. Мы с этого момента никто, и если останемся сегодня живы — то будем благодарить всех богов, что существуют на свете, ты меня слышишь? Су Вон?!!!
Она всхлипнула и кивнула головой. Я опять потащила ее за руку к выходу в наш сад. Во дворе раздался грохот распахнувшихся ворот, радостные вопли мятежников и дикие крики погибавших служанок.
Мы пробежали через сад, обогнули пруд и теперь были совсем рядом со стеной дворца. За ней сразу начинался склон поросшей лесом горы. Я взяла одну стрелу в зубы, вторую положила на тетиву и слегка натянула.
Дальше мы шли пригнувшись, на полусогнутых ногах, стараясь, чтобы нас никто не заметил. За хозяйственной постройкой росло дерево, которое слуги и служанки использовали, чтобы тайно покидать и возвращаться во дворец. Только бы никого не было.
Но там стояли два солдата в коричневой, покрытой металлическими бляшками одежде приграничных войск. И они сразу нас заметили, как только мы вышли из-за угла.
— О, еще бабы бегут! — засмеялся один из них. Возле дерева лежало с десяток бездыханных тел несчастных слуг и служанок, пытавшихся покинуть дворец. Он взмахнул мечом и направился к нам. Я не стала ждать.
Стрела с глухим стуком ударила его в грудь и опрокинула навзничь. Второй неожиданно ловко и метко метнул свое копье. Я оттолкнула Су Вон, сама увернулась и, упав на колено, всадила ему стрелу в горло.
— Бегом за мной, на дерево! — но она остановилась перед стволом и обреченно глянула на меня.
— Ма Ри, спасайся сама, я не смогу туда залезть, я же жду ребенка — и она машинально схватилась за живот, глядя на меня беспомощными глазами.
— Лезь! Я что, зря столько лет рядом с тобой прожила? Не залезешь — убьют и тебя и твоего неродившегося ребенка. Смотри, я сейчас присяду, ты встанешь мне на плечо левой ногой, я поднимусь, а ты поставь правую ногу вон на тот сук, схватись руками вон за ту ветку, а левую ногу переставь вон на тот, дальше я сама все, поняла?
Она кивнула головой. Так и сделали — я еле встала, даже не знаю, откуда-силы-то взялись. Мне даже показалось, что в спине что-то хрустнуло, моя Су Вон не была крошкой. Я быстро подала ей лук, колчан со стрелами и меч, подпрыгнула, и через мгновение мы уже ползли по толстой ветке, которая нависала над забором.
Я спрыгнула и приняла бедняжку на свои плечи, все вооружение я нацепила на себя, с моей принцессы толку было мало. После чего мы просто побежали вверх по склону, подальше от дворца. Но наш бег в покое длился недолго.
— Вон они, наверху! — я обернулась на крик и увидела с десяток солдат, карабкающихся за нами в гору. Это уже было плохо, так как местность в этой стороне я не знала.
— Просто бежим, просто бежим, мы легче, и они быстрее устанут, — повторяла я, и мы стали карабкаться еще быстрее. Солдаты тоже поняли, что могут нас не догнать.
— Лучники, бейте, господин приказал, чтобы никого в живых не осталось!
И над нашими головами засвистели стрелы, с глухим стуком попадавшие в стволы деревьев. Но самое худшее нас ждало впереди. Слева и справа показались быстро передвигающиеся две группы людей в черном. Это не солдаты, это тренированные и обученные наемники.
— Су Вон, быстрее, нам надо успеть на вершину раньше них! — я схватила ее за руку и тянула что есть сил, несмотря на ее заплетающиеся ноги и то, что она постоянно поскальзывалась в своих кожаных дворцовых туфельках. Я уже видела просвет между деревьями, мы успевали выскочить на вершину, я помнила, что где-то здесь есть река, нам надо ее пересечь.
Внезапно я услышала сзади глухой стук и вскрик Су Вон. Я обернулась и увидела ее расширенные от удивления глаза. Еще стук, ее тело содрогнулось, когда между лопаток вонзилась еще одна стрела. Лучник в черном, опередив солдат, уже целился в меня. Я успела, пригнувшись, пропустить его стрелу над головой, и сама с остервенением рванула тетиву. Расстояние было менее десяти шагов, и его даже отбросило на спину.
Я кинулась к своей подруге, но ее глаза уже удивленно смотрели в голубое небо, как бы спрашивая: за что вы так со мной, что я вам всем такого сделала? Из угла рта по подбородку покатилась тонкая струйка крови. Я схватила ее и рывком приподняла, но ее голова беспомощно откинулась назад. Я прижалась щекой к ее еще теплой щеке, и так захотелось зареветь на весь лес. Но я пересилила себя.
Я поцеловала мою бедную Су Вон в лоб, закрыла ей глаза, положила следующую стрелу на тетиву и бросилась бежать дальше. Теперь я спасала только свою жизнь. Солдаты сильно отстали, я слышала их крики далеко внизу, а вот черные меня уже настигали. Двое слева и двое справа, и не знаю сколько сзади.
Я петляла как заяц, сбивая их прицел, и пока мне удалось сохранить свое тело целым. Заметив, что бегущий справа наемник остановился и достает стрелу из колчана, я, резко затормозив, всадила ему стрелу в грудь — одним меньше.
И тут же еле успела увернуться от пущенной с другой стороны стрелы. Они явно не собирались меня брать живой, они были намерены меня убить. Я выскочила на опушку большого леса и от неожиданности остановилась. Передо мной был голый утес, с обеих сторон ограниченный скалами и густым лесом.
Это была самая настоящая ловушка. Я обернулась — бежать некуда, двое наемников обходили справа, перекрыв путь обратно в лес, один слева, и двое, выбежав на площадку, сразу кинулись ко мне. С такого расстояния я не могла промахнуться, но это были мои последние две стрелы.
Мне даже пришлось отскочить в сторону, когда один из них, пронзенный стрелой в горло, схватившись за стрелу, продолжил свой бег в мою сторону. Снизу раздался всплеск. Я осторожно отступила к краю утеса и глянула вниз. И сразу отскочила назад.
Далеко внизу бурлила горная река, неся свои стремительные воды по камням и валунам, торчавшим то там, то тут из воды. Что тут смерть, что там, внизу, на камнях. Я медленно повернулась к лесу, откуда выходили еще наемники, достала меч из ножен, взяла их покрепче в левую руку и приготовилась не просто так отдать свою жизнь.
Вот первый из наемников, помахивая мечом и разминая плечи, с насмешкой двинулся ко мне со словами:
— Братья, я сам, не мешайте.
Он ударил быстро, справа налево, но и я ожидала такой удар. Приняла его на ножны, вызвав удивление в его глазах, так как мои ножны, в отличие от его, были не деревянные, а металлические.
Удар был сильный, но я в момент самого удара упала на колено и полоснула своим острым, как бритва, мечом наотмашь от себя направо. Кончик лезвия вскрыл ему живот, и он, задохнувшись от боли и выронив меч, упал мне под ноги.