Не говорить же мне с мертвыми кисэн, не разбирающихся в жизни и одиночестве принцессы крови. Эти девицы, оказавшиеся на поверку несколько вульгарными и пекущимися только о своих делах, так что им не было дела до моих душевных переживаний. Да я и сама не собиралась кому-то плакаться.
Моя квадратная передняя комната, предназначенная для официальных приемов, могла вместить достаточное количество людей, даже в пышных широких ханбоках, кои носили мои придворные дамы. Так что девушки, которых в кои-то веки не выгнали, разместились с относительным комфортом, подложив себе в качестве сидения плоские подушки, поданные моей служанкой. Комнатные фонари хорошо освещали все уголки комнаты и не мешали моим дамам рукодельничать, пока они сами чесали языками.
- А что я сказала не так? – Удивилась я, позволяя снять с себя верхние части ханбока, все малочисленные украшения, навешанные на меня и, с возмущенным видом, повернулась к оживленно переговаривающимся девушкам.
- Ну как же. – Те возбужденно загалдели, перебивая друг друга. - Вы просто обязаны быть на вечерней трапезе в основном дворце, где будут чествовать юную супругу. Это важное мероприятие. Во внутренних покоях! Это же такая честь!
- Ага, и помочь ей взойти на супружеское ложе? - Я хмыкнула, невольно представив себе последствия подобного поведения. – За ручку подержать? Складки нижней сорочки расправить? Слово напутственное сказать? Так что ли? Или помочь евнухам выполнить церемониал, выкрикивая порядок выполнения супружеского долга?
- Ну… - у многих не нашлось достойного ответа на мои пошленькие вопросы.
- Фу-у-у, принцесса, - более взрослые дамы посмотрели на меня с укоризной в глазах. – Вы не должны знать о таком.
- Отчего же, - удивилась я, - вы же все хотите меня видеть замужней дамой, пришлось поднапрячься и вызнать подробности семейной жизни.
- Но не до такой же степени. – придворная дама Сон Док, старалась не возмущаться моим поведением, а говорила так, словно советовала не противиться своей судьбе. - Да и на вечерней трапезе вы могли бы ближе познакомиться с супругой вашего отца. Вы же вроде одного возраста.
- Не порите чушь, - я весело рассмеялась, беспечно махнув в сторону дам рукой, пока меня потихоньку разоблачали, выуживая мое худощавое тело из официального одеяния, - я и супруга императора подруги? Да отец никогда такого не позволит. Ему такое и в страшном сне не может привидеться, а вы тут со своими рассуждениями и нереальными мечтами.
- А, говорят, новая супруга очень красива и вполне может затмить всех остальных своим внешним видом и молодостью, - проговорила заговорщицким тоном одна из моих дворцовых дам, любительница посплетничать и пособирать те самые сплетни со всех сторон.
- Вы считаете, что Хёбин-кимсси, - девушки вытянули шеи, слушая тихий голос другой моей придворной дамы, - отдаст ей бразды правления и уйдет в тень?
- Ну-у-у, - придвинувшись ближе, мои красавицы, наперсницы, совершенно позабыв про наличие принцессы, не особенно любящей такие сплетни, принялись наперебой обсуждать, как поступит вторая супруга, считающаяся пока непревзойденной королевой, - королеве Хёбин-кимсси уже немало лет, а эта девушка юна и темпераментна, как и все китаянки.
- Была бы такой же темпераментной и наша госпожа, - едва слышно вздохнули в уголке, заставив меня удивленно повернуться на голос.
- Чего?! – Я, которая не собиралась вмешиваться в их пустые сплетни, не сумела сдержать изумления. – Я?! Зачем мне это?
- Как зачем?! – На меня взглянули с осуждением все присутствующие девицы, даже прислуга.
- Вот были бы вы еще и покладистее, ко всему прочему. – Вздохнула еще одна из дам постарше, мечтательно подпирая щеку рукой и прекращая свое рукоделие.
- И что? – Я резко развернулась к своим дамам и, отодвигая замешкавшуюся служанку в сторону, чтобы не мешала разговору, продолжила, пока та терпеливо держала завязки не до конца снятой с меня, юбки. – Тогда вам бы не светили такие развлечения, пусть и редкие, но все же они у вас есть. А я рожала бы детей какому-нибудь высокопоставленному идиоту - мужу.