- Правда?! – Я захлопала ресницами, едва не подавившись воздухом от такой ошеломительной новости. – С каких это пор он мой телохранитель? Я, кстати, не видела подобного документа, да и самого евнуха видела в последний раз в вашем обществе, дядюшка.
Говорить о нашей последней неофициальной встрече с На Ином не собиралась ни в коем разе. Это только наши личные встречи.
- А что, следствие по твоему делу ведет не На Ин?! – Чходжон тоже соизволил изумиться, снова обернувшись ко мне.
- Меня не ставили об этом в известность, - я легко пожала плечами, - просто пришли люди из управы, сняли со всех показания, зарисовали устроенный бардак и все, разрешили убираться.
- Ясно, - дядя тяжело вздохнул, переключаясь на другой темп ведения беседы, - про убийства кисэн знаешь?
- А должна? – Сегодня он, что, вознамерился меня убить удивлением? – Вроде бы все уже завершилось? Или мне чего-то не донесли мои слуги?
- Кто знает, - дядюшка редко говорил загадками, но тут из него они сыпались точно из рога изобилия, - у тебя слуги не пропадали в последнее время?
- Пропадали слуги? – Я нахмурилась, окончательно перестав что-либо понимать из того, о чем спрашивал Чходжон, - не припомню такого. Ро Ун два дня назад уехал в провинцию, у него мать заболела, да Им Тхан я отправила в город, но она на сносях и скоро родит. – Вместо тупого удивления я решила спокойно и рассудительно поговорить с Чходжоном и, если, нужно, быть покладистой, таковой и прикинуться, - А так вроде никто. Что-то случилось?
- Да, вот какое дело приключилось, - Чходжон поморщился, тоже не делая попыток наставлять меня на пусть истинный. - По всем выкладкам, предоставленным в мое распоряжение, а ты подпадаешь под мою юрисдикцию, а потому все бумаги по твоему делу передаются мне, получается, что в твоем бедламе имела место быть кража и виновен один из твоих слуг.
- Виновен мой слуга? – Я раскрыла рот, чтобы дать отпор, но тут же и закрыла. Дядя снизошел до разговоров, а значит и мне пора менять тон и продолжать конструктивный диалог, пока дядя не сменил милость на гнев.
- Получается так. – Чонджон рассматривал узоры на окне, задумчиво постукивая пальцами по губам.
- А я могу взглянуть на эти бумаги? – Поинтересовалась я, пока дядя в хорошем настроении.
Тот перевел взгляд на меня, несколько секунд думал, потом пожал плечами:
- У тебя есть телохранитель, - мужчина развел руками, - который имеет возможность посвятить во все дела.
- А вы? – О, это прогресс. Дядя даже не повысил голос после моего вопроса. Явно что-то произошло из рук вон выходящее.
- Я еще хочу подумать, без чужих вставок. – Тот задумчиво сверлил меня задумчивым взглядом, словно о чем-то усиленно думал.
- О чем? – Не удержалась я от вопроса, не смотря на опасность быть обруганной за то, что вмешиваюсь в его мысли.
- Ты, будь добра, сходи к четвертой супруге, - Чходжон вдруг встрепенулся, словно скидывая с себя призрачное покрывало задумчивости и встал, указав пальцем на валяющийся свиток, - развейся. Заодно и телохранителя призови. Вам будет о чем поговорить. Да, ради твоего просвещения, - дядюшка немного помолчал, прежде чем продолжил излагать, - впредь можешь распоряжаться временем евнуха На Ина как своим собственным, он об этом предупрежден, но все же имей совесть. Я знаю о потеплении между вами, но этот человек все-таки государственный служащий, а потому не используй его силы ему во вред.
- Хорошо, - я смотрела вслед дядюшке, совершенно не понимая, что он сейчас сделал. На моей памяти подобное случилось впервые. Простой разговор, пусть и полный загадок, а еще последнее упреждение. Как-то все это не вяжется с моим дядюшкой, не умеющим говорить со мной по душам.
Постояв несколько минут в полной прострации и желании докопаться до правды, все же рискнула переложить это на чужие плечи.
– Эй, кто-нибудь! – Крикнула я, после принятия решения. Увидев появившуюся в проеме Ми Соль, коротко приказала. - Пошлите за евнухом На Ином.
На встречу с четвертой супругой императора я собиралась не так уж и тщательно. Прибывший впритык по времени и недовольный вызовом, евнух, только поморщился, когда мои служанки не допустили его в мои покои, где меня одевали к предстоящему выходу. Когда я вышла, наконец, он только поморщился, смерив меня скептическим взглядом.