- Что?! – Буркнула я, не поворачиваясь. Мне наконец-то стало немного легче, и я смогла перевести дух.
- Ты проветрилась? – Поинтересовался мужчина, с тревогой наблюдая за мной, но не собираясь подходить или помогать. Естественно, этикетом не положено при всех оказывать помощь принцессе, даже если та уже отдает концы.
- Я хочу уйти. – Простонала я умирающим тоном, надеясь на то, что тот внемлет моим страданиям и найдет способ увести госпожу подальше от этого места.
- Пока рано. – На Ин остался глух к моим мольбам, заставив только недовольно скривиться и с осуждением взглянуть на этого царедворца. Ягода на заднем фоне только фыркнула, тоже оставшись на стороне евнуха, так как ощущала себя оскорбленной моим поведением.
- Для чего рано? – Я не стала скрывать свое истинное поганое настроение, которое мне только что окончательно испортили. - Показаться не вежливой? Тогда зачем она задает такие вопросы?
- Мне тоже стало интересно, - На Ин чуть загадочно улыбнулся, шагнув на один шаг ближе ко мне, - может давай послушаем?
- Хм, - я покосилась на мгновенно заинтересовавшуюся Ягоду и согласно кивнула, - а давай. Странная она.
- Тогда возвращаемся? – Евнух протянул руку, в ожидании правильного ответа от своей хозяйки. - Тебя ждут.
- Хорошо, - я напоследок демонстративно помахала перед лицом растопыренной пятерней, словно обмахивая горящее лицо и преувеличенно спокойно вернулась назад, молча, приняв помощь евнуха. Ягода, следовавшая за мной по пятам, только восхищенно прищелкнула языком.
Села на свое место, осбенно не обращая внимания на свой обширный ханбок и взяв пиалу, шумно осушила ту до дна.
- С вами все хорошо?! – В черных раскосых глазах китаянки плескалось неподдельное беспокойство. – Я не буду больше расспрашивать о вашей матери. Я не думала, что это так болезненно для вас.
- Не беспокойтесь, - отмахнулась я беспечно, — это уже давно в прошлом. Мне просто стало неожиданно плохо. Такое часто бывает с похмелья.
- Похмелья?! – Выражение на лице отцовской супруги стало изумленным и откровенно шокированным. Видно было, что женщина правильно поняла мои слова и ничего не перепутала.
- Принцесса Тай Мин!! – О Кен Ген резко повысила голос, принуждая вернуться меня к порядку и соблюдать этикет. Сверкнув на меня гневным взглядом, свояченица заискивающе обратилась к четвертой супруге. – Простите ее четвертая супруга, девочка просто устала. Последние волнения негативно сказались на ней.
- Последние волнения?! – К молодой женщине мы обернулись разом. Мне тоже стало интересно, отчего это я так волновалась.
- По случаю выбора жениха, - процедила О Кен Ген, с трудом оставаясь в рамках приличия и стараясь не выходить из себя моим непониманием. – У принцессы сейчас сложный период.
- Ага, - я поморщилась, недовольная напоминанием о предстоящем мне крайне нелегком выборе, - ночей не сплю.
- Но это же прекрасно, - вдруг воскликнула китаянка с легким восторгом в высоком голосочке.
- В смысле?! – Наступила моя очередь ошарашенно глядеть на эту больную на голову. – Где это прекрасно?
- Но вам дан натоящий выбор, - стала объяснять свои восторги женщина, - понимаете, у нас в стране у девушки нет подобного выбора.
- А, вы в этом направлении, - я скривилась, - лучше бы этого выбора вообще не существовало.
- Отчего же?! – Китаянка постоянно впадала в ступор, откровенно не понимая моих реплик. В такие моменты ее маленькое отбеленное личико становилось похожим на мордочку растерянного бельчонка.
- Я не жажду выходить замуж. – Ответила я, пожав плечами и не собираясь скрывать неприязнь к браку.
- Четвертая супруга уже неделю живет во дворце, - О Кен Ген, понявшая, что со мной каши не сварить, взяла разговор в свои руки, только зыркнув на меня искоса, и полностью изменив тематику разговора, - как она находит сам дворец?
- О, - китаянка тоже оживилась, когда разговор ушел от опасной темы и вернулся на круги своя, - он обширен и красив. Император очень постарался, когда строил этот комплекс.
- Его строил его отец, - вклинилась я, решив просветить некоторые аспекты истории.
- Правда?! – Китаянка тут же переключилась на меня и мягко улыбаясь поинтересовалась. Видно было, что ей до дикости хочется разговаривать сугубо со мной. Интресно, с чего такое внимание к единственной дочери императора? – Здесь столько камня, откуда его брали?