- Эй, господин хороший, - раздался в ответ пьяный тембр моего собутыльника, сидящего неподалеку и несколько минут уже пытающегося рассказать мне какую-то душещипательную историю из своей жизни, - что ты себе позволяешь? Мальчонка сам здесь посиживает. Не тронь его.
- Я к вам обращаюсь?! – В низком музыкальном голосе появились угрожающие нотки и мужичка тут же сдуло, как и не бывало.
- О, господин евнух! – Я пьяно улыбнулась, узнавая своего визави и пытаясь встать на не держащие меня ноги, - какими судьбами? Птичка напела?
- Что ты здесь делаешь? – Вопросил совершенно не радостный встречей евнух.
- А вы повторяетесь, - я пьяненько хихикнула, указывая на мужчину дрожащим пальцем и не попадая в столь огромную мишень.
- Идем домой. – Проговорил На Ин и раздасадованно скривился, когда сделал неудачную попытку схватить меня за руку.
Уйдя от чужих рук, я пьяно навалилась на стол. Тут же на землю полетели, подвернувшиеся мне на пути кружки, звонко разбиваясь о камень, умощавший землю внутреннего двора таверны. Резко оттолкнувшись и постаравшись встать на не держащие меня ноги, замахала на мужчину руками. Меня качнуло в обратную от стола сторону и еще больше отклонившись назад, ощутила, что стою совершенно неуверенно. Пьяно подумав, что земля как-то уходит из-под ног, решила сесть. Однако не рассчитав силу своего движения еще больше завалилась назад и была подхвачена крепкими руками, не давшими упасть. На Ин костеря меня вполголоса, схватил меня за плечи и поспешно водрузил мою качающуюся тушку на скамейку, не имеющую спинки.
- Когда ты перестанешь себя изводить и наконец угомонишься, - в сердцах проговорил мужчина, отодвигая от меня уцелевший кувшин с алкоголем.
- Что ты имеешь в виду?! – Я вскинулась, снова едва не завалилась назад, а потому почла за лучшее замереть, пьяно покачиваясь. – Ты не представляешь как мне сейчас хорошо.
- Про похмелье не забудь. – Сьязвил На Ин, укоризненно качая головой.
- А что с ним не так? – Я постаралась собрать глаза в кучку и сфокусироваться на мужском лице, однако мне это не удалось.
- Вот утром мне и скажешь. Идем. – Евнух На Ин взял меня за руку и осторожно потянул, памятуя о моей неприязни прикосновений.
- Не хочу! – Я вырвала запястье. Встала на ноги и, придерживая стол одной рукой, потянулась к кувшину. Схватив его, потрясла в воздухе тяжелым предметом посуды. – Хочу выпить. Слушай, На Ин, присоединяйся ко мне. А что?
- Вижу, - мужчина тяжело вздохнул, - топишь нежданную встречу в вине, причем не в очень хорошем.
- Видишь, не понадобились все эти списки, - я хмыкнула, обреченно скривившись, - у отца есть большое преимущество, и он им воспользовался. Скоро и ты перестанешь быть мне нужен, так что присоединяйся.
- Ты ничего не понимаешь. – На Ин все же сел напротив меня, осознавая, что мое празднование может затянуться надолго, а насильно я себя увести не дам, не тот случай.
- О, ты не сделал домашнее задание?! – Я скривилась, с обидой посмотрев на мужчину. Потом, с излишним шумом поставив кувшин на столешницу, резко перегнулась через стол и обхватила ладонями лицо не успевшего увернуться евнуха, попыталась притянуть его к себе поближе. – Сделай, иначе мне не нужны твои услуги, от слова совсем. Тогда ты просто станешь вторым императором, которому интересны только свои выгоды.
- Я знаю, что из себя представляет Мои Сэн, - На Ин приложил свои ладони поверх моих и просунув большие пальцы под мои ладони, попытался оторвать мои руки от его лица.
- Что-то сомневаюсь, - с силой разорвала наше прикосновение и едва не упав, уселась за стол, вовремя схватившись за край столешницы.
- Зачем ты вышла?! Я даже ругать тебя не буду по этому поводу, так как понимаю твои эмоции, - Ни Ин поморщился, - но неужели нельзя было напиться в своем павильоне?
- Тссс! – Я тут же приложила палец к своим губам. – Не говори, кто я такая. Здесь и так много ушей, которым интересен наш разговор.
- Идем домой. – На Ин вдруг резко встал из-а стола и решительно подозвал мнущегося неподалеку трактирщика.
Тот с готовностью подбежал поближе и склонился в низком поклоне.
- Сколько он вам должен? – Поинтересовался На Ин, кивнув в мою сторону. Мужчина снова стал совершенно непроницаемым и спокойным.