Пришла в себя от холода, проникающего за шиворот, где-то в области груди и верхней части спины. Протяжно застонав, сделала тщетную попытку разлепить глаза, но тут же их закрыла, едва веки пронзил яркий свет. Отмахнувшись от этого непонятного огня, закашлялась и резко села, слепо схватившись за чью-то спасительную руку. Меня трясло после случившегося криза, а еще хотелось тихо помереть где-нибудь в темном уголке и желательно, полнейшей тишине.
- Пришла в себя?! – Надо мной раздался злой, пышущий недовольством и возмущением грубый мужской голос.
- Практически, - ответили недовольному типу, и я узнала тембр голоса евнуха, который крепко держал меня за руку. – Еще пару минут.
- Пусти, - с трудом проговорила я, пересохшими губами, пытаясь вырвать свою трясущуюся руку из чужих цепких пальцев. Хотелось уйти от греха подальше. Что происходит, я уже понимала. В этот раз память не исчезла, и я помнила и начало приступа, и повод для него. – Меня сейчас стошнит.
- Ах, ее стошнит!!! – Возмущенно воскликнул император, явно находясь у меня над душой и недовольный моим очередным выбриком. – Где ты была раньше? О чем думала? Весь ум растратила на свои сомнительные увеселения?
- Я,…- зажав на секунду рот ладонью, а другой рукой недвусмысленно замахала, торопя боящихся подойти к нам слуг. Глаза я все же разлепила и видела, где кто стоит. Призрака не было или я его просто не видела из-за света.
- Дайте ей таз, - брезгливо дал разрешение император, сообразивший, что мое плохое самочувствие не подделка, заодно отходя от нас подальше.
Тут же перед моим перекошенным и пунцовым от сдерживания рвоты лицом появился медный таз, в который я и опорожнила свой желудок. Сейчас мне было безразлично, кто, о чем подумает. Плохое состояние настоятельно требовало выхода. Я ощущала, что не одна и кто-то, скорее всего евнух, так и не отошедший от меня на приличествующее расстояние, поддерживает меня за плечи, пока мой желудок настоятельно просится наружу.
Вякнув, наконец, в последний раз, судорожно вздохнула, все еще сдавленным горлом, поднимая несчастные глаза на евнуха, сидящего рядышком со мной:
- Можно воды? – Голос сорвался и задрожал, но мне было не до гордости и приличий.
- Дай ей воды и приведи в чувство, наконец. – Приказал Ван, не подходя ко мне и держась на приличном расстоянии от меня.
Подышав немного, пытаясь и впрямь прийти в себя, я, окончательно открыла глаза, и, дрожащими руками, приняла кубок с водой от подбежавшего расторопного слуги, видимо стоящего наготове, едва прозвучит отмашка от государя. По всей видимости, слуги немного осмелели, после того как император стал более лояльным к своей болезной дочери.
Прежде чем окончательно отдаться во власть злому императору, я осторожно огляделась, но призрака и впрямь уже не было. Ха, совершил свою грязную работу и исчез от греха подальше. Хотя, о чем это я. Его вижу только я одна, так что и отвечать призраку не перед кем.
Уверившись в том, что кисэн сгинула окончательно и не станет снова меня душить, посмотрела на своего отца. Понимала, меня сейчас будут нещадно пинать, и не всегда словесно. Я же испортила своему государю ступенчато выстроенную многоходовую игру, которую загубила именно на последней ступени. Оправдывать себя тем, что приступ начался без моего личного вмешательства и что виновно во всем выпитое вино или еще что-то постороннее, я же не могу рассказать про призрака, не имело смысла. Мой отец никогда не примет такие слабенькие оправдания. Лучше принять его гнев как должное и молча, по возможности, пережить его отповедь. Впрочем, мне это не впервой.
- Пришла в себя?! – Тхэджон, не обладавший особенно большим терпением, не выдержав паузы, возникшей из-за моего плохого самочувствия, стремительно шагнул вперед и наклонился надо мной, вопросительно заглядывая в глаза. – Значит, поговорим?
- О чем?! – Говорить с отцом не хотелось, было только желание закрыть глаза и уснуть на сутки, а то и больше. Сказывался откат после приступа. Вместо этого я приняла полотенце у евнуха и аккуратно вытерла лицо, чтобы избавиться от испарины, выступившей на лбу и щеках.
- Ты когда за ум возьмешься? – Император смотрел на меня с раздражением, пока еще не замечая моего игнорирования его особы. – Что бы ни делал мой брат, ты умеешь перечеркнуть все его начинания. Я нанял лучших учителей для твоего воспитания, так нет же, каждый раз слышу о твоих новых выходках. Чего тебе не хватает? Блеска, красоты, золота, развлечений? Сегодня я окончательно убедился в том, что ты не просто невменяема, а реально не здорова.