- Точно он?! – Кто-то уточнил и, дождавшись утвердительного возгласа, из толпы выбрался еще один представитель золотой молодежи и, шагнув ко мне, вдруг резко схватил меня за подбородок, не дав даже возможности отшатнуться. На меня взглянули внимательные черные глаза еще не совсем пьяного человека. – А ты смазлив. Не зря же кисэн на тебе так и виснут.
- Пусти. – Я ударила того по руке, пытаясь освободиться, но сзади ко мне тут же подскочил еще один и схватив меня за руки, выкрутил их мне за спину, фиксируя. – Эй! Полегче!
- А ну-ка, раз он такой правильный! – Парень убрал руку от моего лица, поворачиваясь к своим, - поставьте его вместо кисэн. Пусть тоже прочувствует всю прелесть! Такой красавчик должен знать свое место!
- Эгей! Точно! Пусть поймет! – Пьяные голоса только раззадорили всех находящихся в кабинете.
Скрутили меня быстро, я даже глазом не успела моргнуть. Меня, чтобы я не сильно сопротивлялась, ощутимо больно пнули в живот, пока меня держали сзади, и как только я немного обмякла, скрутили еще сильнее. Сопротивляющуюся меня весьма легко подняли над полом и в мгновение ока перенесли к стене. К сожалению, даже для мальчика я чересчур уж маленького росточка и слишком худенькая, и легкая, так что сопротивление мне ничего не дало. Кисэн тут же согнали с ее места и меня приставили к стене, зафиксировав руки и талию веревками, которые оказались предусмотрительно прикручены к стене, хотя я их до этого не видела. Видимо они уже не в первый раз баловались этими изуверствами. Да и по кисэн не было заметно, что стоит она не сама.
Справились со мной парни в считанные минуты и, посмеиваясь, отошли с презрением глядя на меня. Оставшись одна, я снова задергалась в путах, потом подняла голову и воззвала к разуму этих зарвавшихся мажоров:
- Быстро отпустили! – Умолять я никого не собиралась, только добавила в голос больше уверенности. - Вам жить надоело?!
- А то что? – Один из великосветских мажоров пьяненько заржал, приблизившись ко мне на расстояние вытянутой руки, - папке пожалуешься? И кто у нас папка, не просветишь?
- Ах, ты ж! – Я лягнула ногой, стараясь достать до этой наглой морды, но промахнулась, больно ударившись копчиком о стену и едва не вывихнув правую руку от примененных усилий.
Парень, совершенно не оценив моих тщетных стараний, хохоча во весь голос, благоразумно отпрянул от меня подальше. Однако тут его судьба не пощадила. Поскользнувшись на кожуре одного из разбитых о стену фруктов, он благополучно навернулся, с коротким хаканьем упав на спину. Через мгновение раздались его гневные ругательства, которые вызывали у его дружков только дружный смех и подколки со всех сторон.
Я подняла голову, пытаясь найти среди этих тупых идиотов, хотя бы одного здравомыслящего, как вдруг заметила странную картину, на некоторое время отвлекшую меня от гама и веселья. Позади веселящихся выпивох осторожно обходя каждого мужчину пробиралась тоненькая девушка в странно знакомом ханбоке. Она постоянно вздрагивала, когда раздавались очередные взрывы смеха и веселья, замирала, когда на ее пути вставал мужчина, и старалась обходить стороной все светильники и напольные, и подвесные. Одетая как кисэн, это странная девушка не контактировала ни с кем в помещении, и я вдруг с досадой сплюнула. Это же призрак одной из кисэн, которые вот уже вторые сутки преследовали меня по пятам. Правда в отличие от того памятного вечера, когда одна из кисэн взялась меня душить, эта не проявляла ко мне никакого внимания, словно и не было меня. Кисэн тоже явно что-то или кого-то искала, но настолько осторожно, что сумела привлечь мое внимание.
И тут с криком, «Дай я попробую!» в мою сторону полетела тонкая деревянная палочка, воткнувшаяся неподалеку от моей головы. Я только и успела ощутить легкий вихрь воздуха, вжик от предмета еды, ставшего вдруг смертельным оружием, и вот она уже тонко вибрирует у моей щеки. Сглотнув от неожиданности, я стремительно подняла голову, уставившись на хохочущих над моим невольным страхом парней. Все мысли о призраке мгновенно испарились из моей головы. Какой призрак, когда меня едва не насадили на палочку для еды, притом деревянную.
Если честно, на мгновение реально стало страшно. Умирать не хотелось совершенно, как и быть покалеченной. И хотя в этот миг я не думала о том, как может к такому отнестись мой отец, понимала только одно, каким-то образом пора выкручиваться из создавшейся ситуации. Если меня покалечат, этим парням попросту не жить. Причем всем. И не потому, что я дочь императора. Никто из простых обывателей не узнает, каким образом я стала калекой, просто император не прощает подобных игр с его подданными.