Это всё могло бы произойти именно так. Возможно, чуть по-другому. А могло бы быть и совсем, совсем иначе. Да что там — при несколько другом совпадении случайностей могло бы и не произойти вовсе. Но всё же, это было. И скорее демоны бездонного мрака, истово терзающие там души праведников, смилуются над теми, нежели я лукавлю или грешу против истины…
Во всяком случае, настроение оказывалось вовсе не таким поганым, как могло бы показаться со стороны. Такая мелочь, как нудно сеющийся с осеннего неба дождик, никоим образом не могла повлиять на столь жизнерадостную особу, как бодро чавкающая по грязи Женька.
В животе нашёл самый тёплый и радушный приём простой, но сытный обед из придорожной пельменной. Плечо чуть оттягивал своим весом мешок с удачно купленным на тусовке ролевиков углепластиковым на эпоксидке шлемом, выклеенным гномьими умельцами. Причудливо сработали казады, ничего не скажешь, красиво — но важно надувший щёки Бобёр, поглаживая бородку, гарантировал — выдержит хоть бы и кувалдой по маковке. Но в то же время, лёгкий, и похож на древнеримский шлем из кинухи про Гладиатора.
Над душою не висели ни долги, ни неисполненные обязательства — а жизнь вот она! И уходящая куда-то вперёд лесная дорога. Знай себе меси её раскисшую поверхность, переступай ещё почти новыми сапогами с надетыми под низ тёплыми носочками, да смахивай с кончика носа иногда набегающую туда холодную прозрачную каплю.
Где-то далеко в лесу дурным мявом взвыла лесная кошка. Ишь, хозяйка лесная гневается на кого-то — Женька усмехнулась. В такое время всякая живность уже потихоньку ищет лёжбище на зиму, сыто волоча откормленное за лето брюхо. И то сказать, попустили в этом году метеорологи. Осень выдалась прозрачная и чистая, что твоя слеза. Ни бурь, ни налетающих иногда сухожаров. И даже волколаки, что обычно лютуют перед холодами, прежде чем выйти стаей на охоту, в этот год что-то притихли. В трактире подвыпивший гоблинский пастух варнякал, что те ещё ни одну овцу или козу у него не задрали…
— Вторник! — подскочившая спросонья Женька завопила так, что из соседней комнаты пулей влетела кое-как завернувшаяся в простыню Принцесса.
Глаза её странно блеснули, когда она разглядывала девушку, лихорадочно что-то нашёптывающую и бормочущую.
— Тебе что-то приснилось? — осторожно поинтересовалась она, на всякий случай потихоньку отступая в сторону ванной.
Но Женька блондинками, даже столь длинноногими, смазливыми и едва одетыми, абсолютно не интересовалась. Вот уж такая она натура — а потому, сбиваясь и перескакивая с пятого на десятое, а потом и вовсе на седьмое, кое-как пересказала свой сон. Принцесса на полпути к отступлению неожиданно заинтересовалась. Настолько, что остановилась и даже стала переспрашивать.
— Осенняя дорога через лес, непробиваемый шлем — и потом заорала лесная кошка? — она села прямо на ковёр и с горестным видом обхватила руками голову.
Во всём её виде прямо-таки явственно проскальзывал процесс напряжённейшего раздумья. Тянуться бы ему и тянуться до бесконечности, но с надеждой поглядывающая на подругу Женька в конце концов не выдержала.
— Да ещё и вторник сегодня…
Принцесса мрачно посмотрела за окно. Вторник или не вторник — однако рассвет вон он, уже и солнце показалось. А мальчишки-то не вернулись! Навряд ли они по своей воле задержались в гостях у орков, уж больно не из приятных подобная компания… девушки переглянулись. Дела попахивают уже палёным!
Женька скрестив поджала под себя ноги, вытянула вперёд руки и не спеша встала, как она любила делать — не касаясь руками пола и держа ровную спину. На людей неподготовленных, а особенно мужского пола, впечатление, надо признать, это производило просто убойное — из всех знакомых такое умел проделывать только брательник. Вон, Принцесса с заинтересованной мордахой попробовала, тут же приложилась попой о ковёр и мрачно, горестно постанывая и охая, на четвереньках направилась в ванную.
— Слушай, я уже начинаю волноваться, — мрачно заметила она, высунув лицо из-под струек душа.
Женька столь же мрачно заметила, что когда мама проснётся и обнаружит, что уже утро, а парни до сих пор не вернулись — вот тогда-то им обеим и можно будет по-настоящему начинать волноваться. Принцесса нехотя кивнула, проворчала что и её маменька тоже может устроить знатную сцену с топтанием шляпки, и скрылась опять под воду.
Настроение потихоньку начало падать. Вчера неплохо погуляли, разжились ведром валюты и полкилом брюликов. Правда, потом пришлось провести сеанс воспитания золотой молодёжи, что малость подпортило настроение — но серебристая лапочка-бээмвушка стоит под окном неповреждённая. А главное, что-то хотелось срочно сделать. Ну вот просто умереть, если не сойти с места!
— Может, сегодня во вторник на Маяке тусовка наших ролевиков? — вслух размышляла она, и честно попыталась вспомнить доску объявлений на стене родного Орки-клуба. — Нет, точно не назначали — после ролевой игры обычно неделю дают, чтоб синяки и ушибы зажили. А тут двое суток… нет, точно нет.
Принцесса выпорхнула из прозрачной кабинки уже вся — замотанная в полотенце от подмышек до чуть ниже самой рискованной границы приличий. Мда, видок этот Вовка точно оценил бы, уж ему-то Принцесса понравилась сразу и безоговорочно. Однако, показать то он как обычно счёл ниже своего достоинства. Мало ли отпадных девах в наших краях? Тут никаких признаний в любви не напасёшься…
— Что это ты меня так рассматриваешь? — Принцесса подозрительно глянула на себя, и кивком головы показала Женьке на кабинку: давай, мол.
— А вообще, я тебя придушу, — пообещала ей девушка и решительно проследовала в прозрачную пластиковую кабинку, призывно манящую струйками воды.
Принять с утра душ — может, для кого-то оно и норма, но для измученного веерным отключением водоснабжения обывателя это почти непозволительная роскошь.
— Это за что же? — Принцесса уже полностью одетая заглянула в свою роскошную ванную комнату.
Женька ей и выдала — если бы одна блондинистая девица соизволила лучше готовить свои аферы, если бы посвятила чуть полнее в свои планы. И вообще, кто такие навьи, зачем было провоцировать орков — да есть ли они вообще — может, за вон тем кустом смородины вообще елфы со своими луками-стрелами прячутся?
Принесса машинально глянула за окно.
— Да нет там никаких эльфов… — она тут же спохватилась.
Доля секунды, пока она пришла в себя — и перед Женькой снова стояла холодная, красивая и неприступная Принцесса. При виде её так и хотелось сделать что-нибудь благородное, великое. Или наоборот, какую-нибудь несусветную глупость, лишь бы такая красавица обратила на тебя внимание. Но Женька всего лишь усмехнулась.
— Раздевайся, — буркнула она и не сразу сжалилась над промелькнувшим в зелёных глазах озадаченным выражением. — В смысле, оденься во что бесформенное, чтоб мужики на тебя не зацикливались и не отвлекались от дела. Очки солнечные на пол-лица, да бандану или бейсболку покрикливее, кислотного оттенка.
И когда она, не принуждая себя проблемой выбора, облачилась в давешние джинсы и крохотный топик на верхнюю часть, к ней подошло некое аляповато-бесформенное чучело, жующее бубль-гум и с трудом изъясняющееся по-русски. Что-то вроде отвязной туристки с загнивающего запада — мысль эта Женьке так понравилась, что Принцесса живо превратилась в троюродную сестру Яринку, прикатившую откуда-то из Закарпатья, которую теперь приходилось таскать за собой и по мере сил изображать гостеприимство.
— Можешь пошептать что над маменькой, чтоб она сама спала до полудня — если никто не разбудит? — Принцесса кивнула и на цыпочках прокралась в спальню. Ну просто чучело, блин, чучелом — маскировка, надо отдать должное, вышла отменная…
— Ну, а теперь я слушаю, — Женька дождалась, пока закрывавшая ворота Принцесса сядет в уже нетерпеливо подрагивающую машину, и легонько придавила.
Без фанатизма, впрочем — историю, в которую её втянула эта породистая кошка, девушка намерена была полностью прояснить. Уж если где-то там пропал брат, шутки в сторону! А следовательно, торопиться пока абсолютно некуда.